Несмотря на все достижения цивилизации и цифровые новшества, в одном крупном уральском городе с девятью станциями метро люди по-прежнему ездят на маленьких пазиках, которые с упорством пережили эпоху валидаторов и QR-кодов. Ни терминалов, ни электронных табло — зато есть она, неизменная и всевидящая, Светлана Владимировна.
— Всем доброго утра! Потеснились, взбодрились и передаём за проезд! Девушка в красной куртке, жду вас!
— У меня уплочено! — обиженно надула губы брюнетка с россыпью веснушек на крупном носу.
— Слово «уплочено» только на печати Кота Бегемота может существовать, — кондуктор Светлана устремила цепкий взгляд на девушку поверх очков.
И, заметив, как в глазах той мелькнула растерянность, невозмутимо добавила:
— Михаил Булгаков, «Мастер и Маргарита», глава двадцать четвертая.
— Мы в автобусе, а не на экзамене по русскому языку! — поморщилась девушка, воткнула в ухо наушник и отвернулась к окну.
У Светланы Владимировны внутри будто существовал особый переключатель — тумблер, отвечающий за две её ипостаси: «учитель» и «кондуктор». В положении «учитель» он находился почти тридцать пять лет — стаж солидный, заслуженный. Роль «кондуктора» добавилась недавно, уже после выхода на пенсию, и пока ощущалась чем-то непривычным, словно новая, неразношенная обувь.
Предполагалось, что после ухода из школы статус «учитель» останется в прошлом, но в моменты особенно вопиющей безграмотности он самопроизвольно включался, как аварийная сигнализация. Вот и сейчас внутри неё явно щёлкнуло.
С заметным усилием Светлана вернула внутренний переключатель в рабочее положение «кондуктор». Резким движением вынула наушник из уха девушки и уже совершенно не педагогическим тоном произнесла:
— За что уплочено, должно быть проглочено!
Тонкий внутренний голос учителя робко заметил, что фраза звучит сомнительно и не слишком уместно, но напористый голос кондуктора его заглушил и потребовал предъявить билет. Девушка демонстративно обыскала карманы, конечно же ничего не нашла, виновато развела руками и, фыркнув, направилась к выходу.
— Светлана Владимировна, у вас просто чуйка на зайцев! — с уважением заметил молодой водитель Виктор. — Сколько проверок было за эти полгода — ни одного безбилетника у нас не поймали!
— Витюш, я столько лет по глазам видела, кто домашнее задание не сделал…
Тумблер внутри неё на мгновение завис где-то посередине. Воспоминания о школьных коридорах, тетрадях и запахе мела подступили слишком близко. Светлана быстро моргнула, словно стряхивая прошлое, и чётко объявила:
— Остановка «Бакинских Комиссаров»! Готовьтесь к выходу заранее!
Через несколько минут двери распахнулись, впуская в салон запах мокрого снега и весенней сырости. Светлана отступила, пропуская пассажиров.
— Всем хорошего рабочего дня! Следующая остановка — «Кирпичный завод», конечная…
Когда трое молчаливых мужчин покинули автобус (Светлана мысленно определила их в заводчане — грубые ладони, хрипловатые голоса, усталый взгляд; угадывать профессии пассажиров было её маленьким хобби), она уже представляла, как открывает термос с облепиховым чаем и угощает Витю домашними пирожками с капустой.
Оставалось совсем немного — проверить салон на забытые вещи и передать смену коллегам.
Осмотр показал стандартный набор находок: одна варежка, пара перчаток и меховая шапка, сиротливо лежащая на заднем сиденье. Однако чем ближе Светлана подходила к шапке, тем сильнее её настораживала эта находка. Грязная, покрытая шерстью… и, кажется, слегка подрагивающая.
Когда автобус остановился окончательно и внутри воцарилась тишина, из глубины шапки послышался тонкий писк. Затем показалось рыжее ухо. За ним — второе. Потом на свет выглянули любопытные глаза и маленький розовый нос, осторожно принюхивающийся к новому миру.
С перчатками и варежкой всё было понятно: оформить находку по инструкции и передать в бюро забытых вещей. А вот с меховой шапкой требовалось принять решение, причём немедленно.
— Вить, смотри, кто тут у нас.
— Ничего себе, крошечный какой!
— Ты на машине? Подбросишь нас до ветеринарки? — Светлана осторожно приподняла край шапки, и сердце её болезненно сжалось. Несколько лет назад она похоронила свою старую кошку и с тех пор так и не решилась завести нового питомца.
— Похоже, кому-то крупно повезло с маршрутом, — улыбнулся Виктор.
В клинике первым делом спросили, как зовут найдёныша. Светлана на секунду задумалась, и в памяти всплыло название остановки, возле которой она обнаружила пушистого пассажира. Имя получилось простоватым, зато масть совпадала идеально.
— Это Кирпичик!
Ветеринар определил возраст — примерно три месяца, обработал малыша от блох, выдал таблетку от глистов и назначил дату прививки. Больше всего Светлану поразило строгое указание не поить котёнка молоком. Доктор подробно объяснил про отсутствие у кошек фермента лактазы и научно обосновал запрет, так что идею о блюдце с молоком пришлось оставить и приобрести специальный корм для котят.
Какой была жизнь Кирпичика до автобусного приключения, оставалось загадкой, но в квартире Светланы он освоился быстро. Аппетит отменный, сон крепкий, характер бойкий. Он никого не боялся, упорно добивался желаемого и, если уж выбирал охоту на солнечный зайчик, никакие мячики его не отвлекали — настоящий Кирпич, упрямый и основательный.
Чтобы успеть к первому рейсу, Светлана вставала в четыре утра. Виктор забирал её на машине, а Кирпичик в это время даже не открывал глаз. Лишь когда солнечные лучи проникали сквозь шторы, он лениво потягивался в кресле, переворачивался на спину и ещё долго нежился в тишине квартиры.
На кухне его ждал завтрак — мягкий паштет с индейкой. Светлана заботливо прикрывала миску крышкой, чтобы корм не подсох, а у Кирпичика был свой утренний ритуал: важно подцепить крышку лапой, сдвинуть её в сторону и приступить к трапезе. После еды следовало обязательное посещение лотка — пошуршать древесным наполнителем, вдохнуть хвойный запах и вообразить себя диким лесным хищником. Затем обход территории: проверить шторы, заглянуть под одеяло, обследовать пространство за диваном. Кто-то там точно прячется, и однажды Кирпичик непременно его поймает.
Но самым любимым моментом дня был щелчок ключа в замке. Услышав его, Кирпичик мчался к двери. Не как гордый одиночка, а как самый ласковый мальчишка на свете. Он знал: сейчас они пообедают, устроятся в кресле, и Светлана будет гладить его и делиться автобусными историями.
Кирпичик уже понимал, что когда-то его хозяйка вовсе не имела отношения к общественному транспорту. Почти всю жизнь она проработала школьным учителем, но с возрастом ей стало тяжело поспевать за новыми методиками и технологиями. Усталость накапливалась, болезни напоминали о себе всё чаще, и в итоге она ушла на пенсию.
Домашнее одиночество вскоре наскучило, а объявление на подъезде о наборе кондукторов неожиданно разожгло в ней интерес к новой роли — да и обещанная зарплата была кстати. Поначалу Светлане было неловко выходить к людям с кондукторской сумкой через плечо. Во взглядах пассажиров не читалось ни прежнего уважения, ни признания. Она чувствовала себя потерянной, а сами люди ездили хмурые и замкнутые.
Но ведь именно кондуктор задаёт тон поездке. Светлана решила не ограничиваться проверкой билетов. Она начала здороваться с каждым входящим, комментировать дорожную обстановку, шутить о погоде, желать удачного дня. Постепенно атмосфера менялась: пусть не на сто процентов, но наполовину точно. Люди чаще улыбались, реже ссорились и толкались.
Кирпичик обычно устраивался у её ног и просился на руки. Светлана поднимала его, усаживала на колени и продолжала рассказывать:
— Сегодня девушка с кофе зашла, с огромным стаканом. Кошелёк ищет, стакан наклоняется — и через дырочку всё выливается в карман соседке!
Та чуть не расплакалась — на собеседование ехала. Всем автобусом искали салфетки, чтобы спасти её наряд. Раньше думала, что опасность — только пиво в салоне, а оказывается, любой напиток. Придётся запрещать стаканчики, — и она ласково чесала Кирпичика за ухом.
— А вот когда заходит древняя бабушка, сплочённости не видно. Молодёжь в окно смотрит, мужчины вдруг «засыпают», девушки в телефоны утыкаются. С одной стороны, никто никому ничего не обязан, а с другой — однажды сам окажешься на её месте. Попросила уступить — и знаешь, кто поднялся? Дедушка, чуть моложе той бабули. Вот так и живём…
Однажды Светлана принесла домой переноску с крупным серым котом. Представила его как Барона, британских кровей, временного жильца — хозяйка уехала в отпуск. Первый день Барон не покидал переноску, на второй спрятался за диваном, на третий обосновался на шкафу, куда Светлана поставила его миски. При этом он неодобрительно косился на Кирпичика и шипел.
— Голубая кровь часто идёт в комплекте со сложным характером, — вздохнула Светлана и неожиданно решила взять Кирпичика с собой на работу, чтобы Барон освоился без лишнего стресса.
— Вот это да, как вырос! Светлана Владимировна, вы его чем кормите? Неужели стероиды подсыпаете? — пошутил Виктор.
— Кирпичик развивается по возрасту, — с достоинством ответила она и усадила кота на мягкую панель рядом с водителем. — Поработаешь сегодня помощником?
Помощник освоился мгновенно: позволял пассажирам себя гладить, внимательно «следил» за дорогой, изучил механизм дверей и пытался участвовать в их открывании на остановках. И к «Кирпичному заводу» он приезжал уже не заморышем из шапки, а важным юным котом, почти правой рукой водителя.
Шли месяцы, Барон вернулся к хозяйке, а Кирпичик время от времени продолжал выходить в рейсы.
Светлана отлично запоминала лица пассажиров. Но когда в автобус вошла девушка с веснушками в красной куртке, память не подсказала ничего. Пассажиров было немного, Светлана сидела на своём месте.
Девушка заметила кота, смутилась и тихо сказала:
— Здравствуйте… Полгода назад я ехала у вас… Денег на билет не было, зато был котёнок в шапке… Нашла его в подъезде, домой взять не могла. В приюте была вспышка инфекции, я испугалась… Не знала, куда его везу… Вы ещё замечание мне сделали… Я подумала: вот прицепилась, училка, блин! Уплочено, оплачено… Уплочено и правда по-деревенски звучит…
Она вздохнула и продолжила:
— А потом решила, что глаза у вас добрые. И учителя обычно правильные люди… Вы котёнка не выбросите… Оставила его на заднем сиденье… Вижу, ему хорошо. Я так рада! И за проезд возьмите, пожалуйста.
Светлана, Виктор и Кирпичик переглянулись.
— Светлана Владимировна, а вы говорите, что работа у вас бесполезная! — усмехнулся Виктор. — Настроение людям поднимаете? Поднимаете. Улыбаться в понедельник заставляете? Заставляете. Коту жизнь спасли? Спасли. Девушке разницу между «уплочено» и «оплачено» объяснили? Объяснили. Водителю приятную компанию нашли? — он погладил Кирпичика. — Нашли! Это не хуже, чем ученик со ста баллами на ЕГЭ.
Кирпичик в знак согласия ткнулся носом в щёку своего самого любимого кондуктора.
