Пять домов — именно такое расстояние она проходила каждое утро до небольшой стоянки такси, где обычно дежурили несколько машин. Одна из них почти всегда подвозила её до офиса.
Она работала финансовым аналитиком в крупной фирме. Работа серьёзная, требующая внимательности и ответственности. Её приглашали разные компании, чтобы она проверяла финансовые отчёты, находила слабые места в управлении и помогала улучшить работу предприятий. Да, задача была важная и сложная.
И именно поэтому с личной жизнью у неё всё как-то не складывалось. На неё просто не оставалось времени. С утра и до позднего вечера — за компьютером, среди цифр, таблиц и отчётов. А потом… А что потом?
Потом уже не было ни сил, ни желания на что-либо ещё. Максимум — поужинать и добраться до кровати. И снова утро, снова работа, снова тот же бесконечный круг.
Но это было лишь небольшое лирическое отступление, а история на самом деле совсем о другом.
Рабочий день начинался в восемь утра, поэтому на остановке такси нужно было быть уже в семь тридцать. Офис находился на другом конце города, и дорога занимала немало времени.
В тот день она обратила внимание на странную парочку только потому, что все машины неожиданно разъехались, и ей пришлось немного подождать.
Совсем недолго — всего несколько минут. Но всё-таки ждать.
И в какой-то момент она обернулась. Просто так…
Может быть, потому что холодный осенний ветер трепал волосы и гнал по тротуару сухие, пожухлые листья. А может, потому что ей показалось, будто кто-то на неё смотрит.
Она повернула голову.
В маленьком закутке между двумя домами сидели кошка и щенок.
Серая кошка была крупной, с густой шерстью. Рядом с ней, почти прижавшись к её боку, сидел маленький щенок с тонким дрожащим хвостиком. Он буквально прятался возле неё.
Кошка аккуратно вылизывала его, а время от времени поднимала голову и смотрела на людей, проходящих мимо.
Она тихо, почти жалобно мяукала.
Но люди либо не слышали её, либо слышали — и делали вид, что ничего не происходит.
Каждый раз, когда мимо проходил человек, щенок вздрагивал. В его глазах появлялся настоящий страх. Он ещё сильнее прижимался к кошке, и та мягко успокаивала его, продолжая облизывать.
Женщина открыла свою дорогую сумку и достала оттуда большой бутерброд с ветчиной и сыром.
Ветчину она аккуратно положила рядом с кошкой, а хлеб с сыром — перед щенком, который при её приближении зажмурился от испуга.
Серая кошка подняла на неё глаза и тихо, благодарно мяукнула.
Но к еде она не бросилась, хотя было очевидно, что голодна.
Она осторожно толкнула женщину головой в ладонь — снизу вверх, словно выражая благодарность. А потом…
Потом она закрыла собой щенка и снова начала вылизывать его, пока малыш, дрожа от волнения и всё ещё прячась за своей защитницей, торопливо глотал предложенное угощение.
Женщина так увлеклась этой сценой, что вздрогнула, когда услышала громкий голос таксиста:
— Да что же вы там стоите?! Я вас уже давно зову! Садитесь, поехали!
На следующее утро она специально приготовила для этой странной парочки небольшой перекус. В глубине души она надеялась, что они будут на том же месте.
И действительно — они были там.
Более того, они словно узнали её. Кошка радостно мяукнула, а щенок замахал своим смешным хвостиком и тихо заскулил.
С тех пор она стала приносить им еду каждое утро. А иногда — и вечером, возвращаясь с работы.
В тот день она очень спешила. Нужно было многое успеть. Дождь лил без остановки, и она почти бегом преодолела свои привычные пять домов.
Подбежав к укрытию между зданиями, она положила приготовленный завтрак для кошки и её малыша.
Потом погладила маму-кошку и щенка, выпрямилась и неожиданно встретилась взглядом с дворником.
Он смотрел на неё недовольно.
— Развели тут всякую нечисть! — бросил он раздражённо. — А мне потом за ними убирать… А ну, пошли отсюда!
Он резко замахнулся длинной тяжёлой метлой на кошку и щенка.
Щенок жалобно пискнул и спрятался за свою защитницу. Кошка мгновенно заслонила его, выгнула спину дугой и закрыла глаза, словно готовясь принять на себя удар.
Женщина-финансовый аналитик потом так и не смогла объяснить себе, как это произошло.
Совершенно бессознательно она шагнула вперёд — прямо на линию удара.
Жёсткие прутья тяжёлой метлы со свистом хлестнули по её правой ноге и задели живот.
Она вскрикнула от резкой, жгучей боли и закрыла лицо руками.
Дворник от неожиданности побледнел и испуганно заговорил:
— Как же так?.. Как же так?.. Я же не хотел… правда не хотел…
Он начал суетиться, оправдываться, что-то объяснять, даже кланяться, но она его уже не слушала.
Она повернулась к кошке и щенку.
Кошка сидела и смотрела на неё широко раскрытыми глазами — в них было удивление. Щенок осторожно выглядывал из-за её спины и тихонько вилял хвостиком.
Боль постепенно утихала, но на ноге уже появилась большая ссадина, а по капроновым колготкам вверх и вниз расползались многочисленные стрелки.
Поморщившись, женщина наклонилась и осторожно погладила кошку и малыша.
Когда она приехала в офис, начальница сразу заметила её состояние. Разорванные колготки, следы крови, бледное лицо.
Она настояла, чтобы та рассказала, что произошло.
Выслушав историю, начальница резко схватила телефонную трубку и начала набирать номер полиции.
Её лицо перекосилось от гнева, руки заметно дрожали.
— Ударить женщину метлой?! Это вообще как понимать?! — возмущённо сказала она. — Такое нельзя просто так оставить! Это нельзя простить!
Но женщина не позволила начальнице вызвать полицию. Она тихо, но настойчиво попросила этого не делать. Начальница долго уговаривала её, не понимая такого решения, но в конце концов всё же уступила. Правда, напоследок она покачала головой и сказала с явным недоумением:
— Не понимаю я тебя! Такие вещи нельзя просто так прощать.
— Я и не собираюсь прощать, — спокойно ответила женщина-аналитик. — Мне важно другое. Я хочу только одного — чтобы он больше не прогонял кошку и щенка.
Начальница задумалась, затем вдруг решительно сказала:
— Знаешь что… Привези их завтра сюда. Я устрою их в приют. Очень хороший, проверенный. Они там будут вместе. Я лично знаю директора этого приюта. Всё будет нормально. Договорились?
— Хорошо… — немного поколебавшись, согласилась женщина.
Но ночью ей так и не удалось нормально уснуть. Она ворочалась в своей одинокой постели, переворачиваясь с боку на бок. В голове постоянно звучало одно слово — приют.
Это слово будто эхом отдавалось в её мыслях. Ей снилось оно же. Она вздрагивала, просыпалась, пыталась успокоить бешено колотившееся сердце и снова закрывала глаза, надеясь уснуть… Но сон всё время ускользал.
Утром, так толком и не отдохнув, она встала с тяжёлой головой. Быстро попыталась замаскировать тональным кремом тёмные круги под глазами, схватила зонт, пакет с едой и выбежала из дома.
На улице шёл осенний дождь — холодный, нудный, бесконечный. Ветер был не слишком сильный, но сырость пробирала до костей. Раскрыв зонт, она привычно направилась к стоянке такси.
Пять домов под дождём. Вроде бы совсем немного… Но сегодня она уже опаздывала.
Так и не приняв окончательного решения о судьбе кошки и щенка, она подошла к их укрытию, положила рядом еду и уже собиралась уходить.
Таксист, который ждал её на остановке, начал раздражённо сигналить. Затем высунулся из окна и сердито закричал что-то о том, что время — деньги и ждать он не собирается.
Она повернулась к машине, махнула рукой водителю, показывая, что уже идёт, но в этот момент сильный порыв ветра резко вывернул её зонт наизнанку. И вдруг мама-кошка отчаянно закричала.
Женщина от неожиданности выронила зонт. Она испуганно повернулась к кошке.
Та подбежала к ней и прижалась к её ногам.
— Ну что ты… что случилось? — тихо сказала женщина, поглаживая её мокрую спину. — Чего ты так волнуешься? Говорят, это очень хороший приют… Там вы будете вместе… Там есть врач… Вас будут хорошо кормить…
Кому она говорила всё это, дамы и господа?
Маме-кошке? Маленькому щенку, который прижался к ней? Или самой себе?
Кого она пыталась убедить?
Себя. Конечно же, только себя.
Таксист в последний раз зло выкрикнул что-то из окна, яростно нажал на клаксон, хлопнул дверью и резко рванул с места.
И буквально через секунду раздался удар страшной силы.
Грузовик, вылетевший из-за угла на большой скорости, врезался прямо в только что отъехавшее такси. Удар был настолько мощным, что машину протащило на бампере грузовика несколько десятков метров, а затем её с силой впечатало в стену дома.
На мгновение вокруг воцарилась мёртвая тишина. Такая глубокая, что стало слышно, как капли дождя падают на асфальт и разбиваются о лужи.
А потом мир словно взорвался звуками.
Закричали люди. Завыли автомобильные сигналы. Послышался визг тормозов. Где-то вдали уже выли сирены.
Люди побежали к месту аварии.
А женщина… она будто потеряла способность двигаться.
Она стояла и смотрела на кошку.
Та спокойно села прямо на мокрый асфальт и подняла на неё взгляд. Щенок подбежал к своей маме и уткнулся носом в её тёплый бок. Затем он тоже посмотрел на женщину и тихо завилял хвостиком.
Дождь продолжал литься с неба.
Женщина подняла упавший зонт, который ветер вывернул наизнанку. Потом подняла голову и подставила лицо бесконечным струям дождя.
Капли не били её. Нет.
Они словно ласкали её лицо, мягко скользили по щекам, как будто гладили.
Она медленно отбросила больше не нужный зонт. Затем сняла плащ, аккуратно положила его на мокрый асфальт рядом с кошкой и щенком и сказала всего одну фразу:
— Залезайте. Мы идём домой.
Кошка внимательно посмотрела на неё и будто понимающе кивнула. Затем осторожно взяла щенка зубами за загривок и…
Женщина уже шла обратно к своему дому. Она прижимала к груди сложенный плащ, внутри которого находились два живых существа — мама-кошка и её щенок.
А дождь всё лил и лил, словно из ведра. Он гладил её волосы, стекал по лицу, по которому вместе с дождевой водой текли солёные капли.
Правая нога и живот больше не болели.
Совсем не болели.
Она шла и чувствовала у груди биение двух маленьких сердец. Она прислушивалась к этому ритму и почему-то улыбалась.
А дворник, стоявший в подворотне, смотрел ей вслед с ненавистью и бормотал себе под нос:
— Небось, в полицию пожаловалась, стерва… Чтоб тебе… — и сердито сплюнул на землю.
Женщине нужно было пройти всего пять домов.
Всего лишь пять.
Пять домов, которые разделили её жизнь на «до» и «после».
Вот и вся история. История о человечности и жестокости, о доброте и равнодушии, о ненависти и сострадании.
А дождь всё льёт и льёт.
И я почему-то знаю: это плачут ангелы.
Они плачут о нас.
А мы закрываемся от их слёз зонтами и плащами.
Закрываемся равнодушием. Занятостью. Безразличием.
Мы всё время спешим. Спешим, спешим и спешим.
Опаздывая всюду.
И всегда.
Да…
Вот так.
