С самого первого момента, как этот парень появился на пороге, Тамара Николаевна почувствовала к нему стойкую неприязнь. Едва он переступил порог её квартиры, стало ясно — не тот человек. А привела его Катя, её двадцатипятилетняя дочь.
— Вот, мама, познакомься, — радостно объявила она. — Это мой жених, Александр!
— Очень рад знакомству, Тома! — выпалил молодой человек и протянул будущей теще скромный, почти жалкий букет гвоздик.
Этого было достаточно, чтобы Тамара мгновенно составила о нём первое впечатление: ни вкуса, ни чувства меры, ни, судя по всему, денег у него нет.
Дальше — больше. За чаем выяснилось, что у Александра отсутствует высшее образование, личного автомобиля у него тоже нет, зарабатывает он фрилансом, занимаясь фотографией, а живёт на съёмной квартире.
В общем, совсем не такого мужа она представляла рядом со своей единственной дочерью.
Когда визит закончился и Александр ушёл, Тамара, разумеется, сразу взялась за Катю — начала расспрашивать, уверена ли та в своём выборе, понимает ли, на что идёт.
— Мама, только не начинай! — резко оборвала её Катя, нахмурившись. — Это моя жизнь. Даже если Саша тебе не нравится, мы всё равно поженимся. И жить будем отдельно, чтобы тебе не мешать!
— Да я ничего против не имею, — мягко ответила Тамара, скрывая истинные чувства. — Просто переживаю за тебя. Чтобы ты не ошиблась. Брак — дело серьёзное…
Но на самом деле у неё уже начал складываться план, как всё изменить.
Через пару дней, выбрав подходящий момент, она заговорила с дочерью уже совсем другим, почти ласковым голосом:
— Доченька, у меня ведь отпуск начался. Как обычно, поеду на дачу… Передай своему Саше, пусть заезжает ко мне, если хочет. Он же говорил, что сейчас снимает природу? А у нас там красота — лес, речка, деревня рядом…
Катя обрадовалась, тут же передала приглашение, и Александр, поблагодарив, пообещал в ближайшее время приехать.
— Ну, кажется, всё готово, — пробормотала Тамара, уперев руки в бока и внимательно осматривая свои владения.
Участок у неё был немаленький, хотя само дачное товарищество выглядело скромно, а местами и вовсе запущенно. С одной стороны тянулось широкое поле, за которым блестела река, с другой — темнел лес. Если пройтись пешком с полчаса, можно было добраться до деревни Кабанчик, где всегда продавали свежие продукты, а ещё там работала небольшая пекарня.
Саму дачу когда-то купил её покойный муж, которого она искренне любила. Тамара часто думала: если бы он был жив, всё здесь выглядело бы иначе. Дом давно бы привели в порядок, появилась бы веранда, в саду — аккуратные дорожки, альпийская горка, может, даже небольшой пруд.
Но теперь всё приходилось делать самой.
Зато с будущим зятем она уже решила, как поступит.
«Раз уж мы теперь семья, — собиралась сказать она, — значит, нужно помогать».
И список «помощи» у неё был такой, что и за всё лето не управиться. Более того, Тамара даже специально подпортила кое-что: сломала перила на крыльце, расшатала доски в полу — чтобы этому фрилансеру пришлось показать, на что он способен в реальной работе, а не только с камерой бегать.
Плюс она собиралась серьёзно поговорить с ним: объяснить, что её дочь должна жить достойно, а значит, пора браться за ум, искать стабильную работу и обеспечивать семью.
В глубине души Тамара рассчитывала, что после такой «обработки» Александр просто отступит. Сам откажется от Кати.
Она даже довольно улыбнулась своим мыслям, когда вдруг заметила через окно, что по дороге к даче едет велосипедист.
— А вот и ты, Сашенька! — оживилась она, выходя к калитке. — Наконец-то приехал, я уж заждалась… Что это такое?! — вскрикнула она в следующую секунду.
Потому что Александр снял со спины рюкзак с прозрачным окошком и, открыв его, выпустил наружу странное существо.
Вглядевшись, Тамара поняла — это собака. Но какая! Почти лысая, в пятнах, шерсть только на хвосте, лапах и ушах, да и на голове торчала редкая «грива», как у лошади.
— Позвольте представить, — спокойно произнёс Александр. — Это моя любимица, Мария-Антуанетта. Можно просто Мари. Простите, что не предупредил — я с ней приехал. Но она у меня добрая!
Он даже рассмеялся.
А вот Тамаре было совсем не до смеха. Она шарахалась в сторону, пытаясь увернуться от животного, которое стремилось то ли облизать её, то ли… укусить.
К тому же издавала эта собака какие-то странные звуки — то ворчала, то поскуливала, почти как гиена.
— Ужас какой! — не выдержала Тамара. Она собиралась играть роль приветливой хозяйки, но тут не смогла сдержаться: — Убери это от меня! Немедленно! Мне такого не нужно!
Тамара Николаевна всегда относилась к собакам с холодным равнодушием и заводить их никогда не собиралась.
— Простите… — смутился Александр, заметив её реакцию. — Мари, ко мне! Я правда виноват… — опустил он глаза. — Но вы не переживайте, она спокойная, никому не мешает!
— Ну, спасибо, удружил, — недовольно фыркнула Тамара. — Ладно уж, проходи в дом, раз приехал. Чай я как раз поставила…
К чаю, правда, нашёлся лишь хлеб. И едва Александр успел сделать пару глотков, как хозяйка отправила его в деревню — в магазин за продуктами.
Вернулся он только спустя почти два часа, но не с пустыми руками:
— В лесу уже земляника поспела! — с воодушевлением сообщил он, протягивая небольшое пластиковое ведёрко с ягодами. — Попробуйте, она невероятно сладкая!
— И правда, — удивлённо улыбнулась Тамара, попробовав ягоду. — Надо же… А я ведь и не знала… — задумалась она. — Да и в лес-то наш ни разу не ходила.
— Да вы что! — искренне поразился Александр. — Только не говорите, что и на речке не бываете!
— Нет, — нахмурилась она. — Некогда мне. Видите, сколько дел на даче.
— Не обижайтесь, но это странно, — без всякого стеснения заметил он. — Жить здесь и не пользоваться всем этим — неправильно! Надо срочно исправлять. Вы завтра утром свободны?
— Не знаю, что ты задумал, — подозрительно прищурилась Тамара. — Но у меня дел хватает!
Однако уже на следующий день её планы изменились сами собой: стояла сильная жара, и максимум, на что хватило сил — полить огород.
И неожиданно для самой себя Тамара решила согласиться на предложение Александра, отложив свои «воспитательные меры» на потом.
Он пригласил её к реке — посидеть в тени, устроить небольшой пикник, а затем прогуляться по лесу в поисках ягод и грибов — маслят и лисичек.
Вечером зять приготовил утку с грибами, купленную в деревне, а после ужина показывал фотографии из поездки на Карибы и рассказывал о приключениях, связанных с поиском старинных затонувших сокровищ, которые он снимал для репортажа.
Если бы неделю назад кто-то сказал Тамаре, что она изменит своё мнение об этом человеке, она бы только рассмеялась. Но теперь, спустя несколько дней, ей пришлось признать: в Александре гораздо больше достоинств, чем она думала.
Он оказался терпеливым, не жаловался на работу, которую ему поручали, и выполнял всё добросовестно. Если что-то не получалось, пробовал снова. От него исходил какой-то спокойный оптимизм, вера в лучшее.
Конечно, Тамара всё ещё считала, что ему стоило бы найти более серьёзную работу, но решила — об этом можно поговорить позже.
Единственное, что по-прежнему раздражало её, — это собака. Мария-Антуанетта.
Животное казалось ей невыносимым: постоянно вертелось под ногами, требовало внимания. Прикасаться к почти лысому существу Тамаре было неприятно.
Собака же не понимала такого отношения, всё время пыталась подойти ближе, поскуливала, издавала странные звуки, порой даже напоминавшие хрюканье.
Это сильно действовало Тамаре на нервы.
Однажды утром, когда разразилась гроза, Александр взял велосипед и уехал в поле — снимать непогоду.
— Безумие какое-то, — проворчала Тамара. — А если молния ударит? Что я Кате скажу?
— Лучше пожелайте удачи! Это будет отличный кадр! — отмахнулся он и уехал.
Тамара действительно пожелала ему благополучно вернуться, а сама села пить чай и читать. Но покоя не было — Мари снова начала метаться по дому.
— Да угомонишься ты или нет?! — раздражённо прикрикнула Тамара, когда собака стала скрести лапами дверцу шкафа, пытаясь спрятаться. — Всё, у меня уже голова от тебя болит!
Она захлопнула книгу и выглянула в окно — дождь уже закончился.
— Ну наконец-то… — вздохнула она. — Хлеба нет, надо бы в пекарню сходить… Так, где же кошелёк?
Сначала она искала его с досадой, потом — с тревогой, а затем — в настоящей панике. В кошельке были не только деньги и карты, но и дорогая сердцу вещь — старая фотография мужа, сделанная ещё в конце девяностых.
— Отстань! — отмахнулась она от собаки, которая снова тёрлась рядом. — Не до тебя! Потеряла я кошелёк! Ищи! Ну чего смотришь? Ищи, сказала! Да уйди ты!
Через пару часов вернулся Александр. К тому времени Тамара успела перевернуть вверх дном весь дом.
— Не переживайте, найдётся, — попытался он её успокоить.
— Легко тебе говорить… — буркнула она.
— А где Мари? — вдруг встревожился он. — Она же грозы боится… Может, спряталась?
— В доме её нет, кажется, — рассеянно ответила Тамара.
— Как нет?! — он побледнел. — Я же просил не выпускать её! Она могла убежать… Она же маленькая, беззащитная…
Несмотря на своё раздражение, Тамара не могла пожелать собаке беды и, чувствуя вину, предложила поискать её вместе.
— Следы! — воскликнул Александр, заметив отпечатки лап в грязи. — Это её! Быстрее!
Следы вели по улице, затем свернули на соседний участок.
— Это дача Зины, — сказала Тамара. — Моя подруга. Наверное, у неё твоя собака… Зина! Ты дома?
Из домика вышла хозяйка.
— Так это ваше чудо? — удивлённо воскликнула она. — Я уж испугалась! Прибежала какая-то… страхолюдина, облаяла! Еле веником в чулан загнала!
Александр поспешил за питомицей.
Как только дверь чулана открылась, Мари радостно бросилась к нему, но тут же вырвалась и побежала в комнату.
— Мари! Ко мне! — растерялся Александр.
Тамара уже готовилась извиняться, но вдруг застыла: собака подбежала к ней и положила к ногам её кошелёк.
— Как он тут оказался? — растерянно спросила она, глядя на Зину.
Та молчала, отводя глаза. Тамара открыла кошелёк — всё было на месте, но фотография лежала не там.
И тут её осенило: вчера, когда она вернулась из деревни, кошелёк точно был при ней. А пропал он после визита Зины, которая заходила за сахаром.
— Зина… — тихо сказала Тамара. — Это ты?
Та побледнела, а затем резко выпалила:
— Да! Потому что я тебя терпеть не могу! Хотела, чтобы ты понервничала! И… фотографию Ивана забрать хотела! У меня ни одной нет!
— Зачем тебе его фотография? — потрясённо спросила Тамара… и вдруг всё поняла.
Оказалось, когда-то они втроём познакомились с Иваном ещё в молодости. Потом он выбрал Тамару, и она всегда считала, что подруга спокойно это приняла. Но это было не так.
Зина годами копила обиду и зависть.
Она наговорила много горьких слов, и стало ясно: даже счастье Тамары и предстоящая свадьба её дочери вызывали у неё раздражение.
— Я не виновата, что он выбрал меня, — тихо сказала Тамара. — Мне тебя даже жаль… Столько лет жить с завистью. Пойдём, Саша.
Обратно они шли молча. Дома Тамара неожиданно взяла Мари на руки.
— Ты самая лучшая собака на свете, — искренне сказала она. — Прости, что я тебя не любила. Ты не собака — настоящее сокровище! Значит, ты всё видела и догадалась, где искать?
Собака радостно заскулила и начала лизать ей лицо.
— Саша, — обратилась Тамара. — Мне нужно признаться…
И она рассказала, как хотела разлучить его с дочерью, признала свою ошибку.
Александр выслушал спокойно.
— Главное, что всё теперь хорошо, — сказал он с улыбкой. — И давайте не будем об этом говорить Кате.
Тамара с благодарностью согласилась. С тех пор она перестала критиковать зятя и старалась видеть в нём только хорошее.
Со временем Александр стал успешным фотографом, а на первый серьёзный заработок помог обустроить дачу — пристроил веранду и даже сделал в саду альпийскую горку.
А Мария-Антуанетта превратилась в любимицу Тамары Николаевны.
Позже, чтобы не скучать, когда зять уезжал с Мари, она завела себе собаку — мопса по имени Бублик, которого тоже очень полюбила.
