День выдался осенний, сырой и неприветливый. Дождь то начинал моросить, то внезапно затихал, а тяжёлые тучи низко нависли над городом, затянув небо сплошной серой пеленой.
Мужчина шёл домой через городской парк. Настроение было таким же пасмурным, как и погода. Его сократили на работе, а женщина, с которой он долгое время встречался, попросила больше не звонить — у неё появился другой.
— Один, — думал он. — Совсем один…
И тут взгляд его зацепился за скамейку прямо на дорожке. На ней сидел человек весьма странного вида. Старенький пиджак, потёртые джинсы, стоптанные кроссовки. Длинные седые волосы обрамляли вытянутое худое лицо с окладистой бородкой непонятного оттенка.
— Что он делает здесь в такую погоду? — мелькнула мысль у мужчины.
У ног странного сидельца вертелись два кота и две забавные рыжие собачки, а на его плече устроился скворец. Птица топорщила перья и норовила клюнуть хозяина в правое ухо. Тот смеялся и отмахивался от нахала.
Заметив удивлённый взгляд прохожего, странный мужик кивнул ему и чуть подвинулся, словно приглашая присесть рядом.
Мужчина остановился. Торопиться было некуда.
— Садись, — сказал странный. — Чего стоишь? Всё равно тебе некуда спешить. Посидим, поговорим…
Мужчина сел рядом и поставил на скамейку свою поношенную спортивную сумку.
Скворец на мгновение отвлёкся от уха, посмотрел на нового соседа, вытянулся к свинцовому небу и вдруг… запел. Чисто, переливами, трель за трелью.
— Видал, — сказал странный мужик, — как поёт? Радуется.
— Чему? — мрачно спросил мужчина. — Погода отвратительная, настроение хуже некуда, да и вообще…
— Вот как? — удивился тот. — Погода, значит, плохая? И вообще всё плохо? А если бы рядом с тобой сейчас сидел, к примеру, Ангел или сам Бог — что бы ты у них спросил? Или попросил?
Скворец замолчал и уставился на мужчину со спортивной сумкой, будто и вправду ждал ответа. Тот задумался.
— Ничего, — наконец сказал он.
— Как это — ничего? — изумился странный. — Совсем ничего?
— А вот, — ответил мужчина и расстегнул сумку. — Я бы предложил угоститься.
— Да ты что?! — оживился мужичок. — Ну-ка, показывай. Сколько живу — такого не слышал. Все только жалуются да просят, а тут — угощение!
Мужчина достал небольшой пакет с шоколадными конфетами и бутылку колы.
— Знатно, — одобрительно цокнул языком странный.
— Угощайтесь, — сказал мужчина. — Это для свидания готовилось, а теперь ни к чему.
Странный внимательно посмотрел на него, взял две конфеты и сказал:
— Ну… За знакомство!
Мужчина тоже взял пару, и они, съев сладости, запили их шипучим напитком из пластиковых стаканчиков.
— Эх, хорошо, — довольно протянул мужичок.
Скворец вновь расправил крылья, защебетал что-то мелодичное, и мужчине на секунду показалось, будто тучи расступились и выглянуло солнце.
— Хорошо сидим, — заметил странный и спросил: — Повторим?
— Почему бы и нет, — согласился мужчина.
Они съели ещё по две конфеты.
— А скажи, — поинтересовался мужичок, — кошкав, собачкав, птичкав всяких любишь?
— Кошек и птиц люблю, — ответил мужчина. — А вот собак — не очень.
— Почему же? — удивился тот.
— Их выгуливать надо, — объяснил мужчина. — А мне на работу рано вставать… Хотя… Теперь и вставать некуда. Плохо…
— Понятно, — кивнул мужичок. — Сократили?
— Ага, — ответил мужчина, удивившись, откуда тому известно.
— В Бога веришь? — не унимался странный.
— Нет, — коротко ответил мужчина.
— И в Дьявола тоже не веришь? — продолжал он.
— Нет, — повторил мужчина. — Не верю. И не крещёный я. Смысла не вижу. Столько вокруг горя, несправедливости, бед…
— Погоди-ка! — вспыхнул мужичок. — Ты что же, Бога и Дьявола во всём винишь?
— А кого ещё? — удивился мужчина.
— Вот как… — прищурился странный. — А свобода выбора? А совесть? А помощь ближнему? Почему люди сами не помогают? Почему войны и голод? Почему?!
Мужчина не нашёлся, что ответить, и только тяжело вздохнул.
— Выходит, сами виноваты, — признал он.
— Вот именно! — удовлетворённо кивнул мужичок. — Нечего перекладывать свои грехи на других.
— И всё же… — не сдавался мужчина. — Не согласен я.
— С чем же? — удивился тот. — Или с кем?
— Со всеми, — ответил мужчина.
— Это прекрасно! — рассмеялся странный. — Ну-ка, поясни.
— А с тем, что вот у них, — мужчина кивнул на собак, котов и скворца, — будто бы души нет.
Скворец вдруг замолчал, внимательно посмотрел на странного, затем перелетел на плечо мужчины, слегка клюнул его в ухо и, вытянувшись к небу, снова запел — чисто и красиво.
— Ну-ну, — примирительно сказал мужичок. — А где это написано? В какой книге?
— Бабушка верующая рассказывала, — ответил мужчина. — Говорила, что батюшка в церкви сказал: раз не крещёные — значит, без души. Тогда и у меня её нет, выходит?
— Ты только не кипятись, — мягко остановил его странный. — Неправильно это. Не может быть, чтобы души у них не было.
— Вот и я так думаю! — оживился мужчина. — Я же вижу её в глазах.
И тут собачки и коты подошли к нему и начали тереться о ноги.
— Значит, книги так пишут и бабка со слов батюшки? — переспросил странный.
— Ага, — кивнул мужчина, поглаживая животных.
— Глупые это книги! — громко сказал мужичок, будто обращаясь к невидимому собеседнику. — И бабка глупая, и батюшка тоже. Не может душа быть по записи. Не может!
Он положил руку на плечо мужчины, и тому снова на миг показалось, что тучи расступились и солнечный луч упал прямо на скамейку.
— А что это мы всё всухую сидим? — вдруг сказал мужчина.
— Это как? — растерялся странный.
— Ты сиди тут, — сказал мужчина. — Никуда не уходи. Я сейчас вернусь.
Через пять минут он пришёл с большим пакетом. Достал одноразовые тарелки, две бутылки пива и жирные, горячие чебуреки. Восемь штук!
Мужичок оживился и захлопал в ладоши.
— Вот это другое дело! — воскликнул он. — Запах какой!
Он взял себе четыре чебурека, а мужчина…
Раздал по одному каждой собачке, а два оставшихся разломил, вынул мясо и угостил котов.
После этого он достал маленький пакетик с чипсами и аккуратно высыпал их прямо на скамейку. Скворец тут же спрыгнул вниз, а следом слетелось ещё несколько птиц. Они весело и шумно принялись клевать, толкаясь и суетясь.
— Ты это чего? — удивился мужичок. — Всё раздал, а себе оставил одни кусочки теста?
— Я не голоден, — спокойно ответил мужчина. — А вот им есть хочется. Очень.
— Вот оно как… — почему-то погрустнел мужичок. — Значит, всё своё отдал, лишь бы накормить голодных…
— А как иначе? — спросил мужчина и тут же сам ответил: — А иначе никак.
— Никак, значит? — переспросил мужичок, и вдруг…
Он прикоснулся к левому плечу мужчины. Тот на мгновение словно провалился в пустоту, а когда открыл глаза…
Рядом на скамейке сидел высокий мужчина в строгом чёрном костюме. У него была аккуратная острая бородка, проницательный взгляд и элегантная трость с серебряным набалдашником в форме черепа.
— Ты меня угостил, — сказал он, — и разговор был интересный. Чувствую себя твоим должником.
— Да что вы, — смутился мужчина, пытаясь вспомнить, где и когда мог познакомиться с этим человеком. — Вы мне ничего не должны… Вы же сами спросили…
Он с трудом узнал в этом элегантном незнакомце того самого странного мужичка и тщетно пытался понять, во что тот был одет раньше.
— Правда, ничего не должны, — повторил он. — Мне было приятно с вами посидеть. Ну, я пойду…
— А я к тебе в гости приду, — заметил мужчина в чёрном костюме. — Ты ведь меня пригласил. В выходной, после двух часов дня. Помнишь?
— Точно… Пригласил… — кивнул мужчина. — Приходите. Я стол накрою. Я теперь совсем один. Мне так веселее будет.
— Не один ты, — спокойно сказал мужичок с тростью. — А собачки и коты? Забыл?
— Ой! — обрадовался мужчина. — Как же я мог забыть! Стыд и позор… Ну что, пойдёмте домой, мои хорошие. Вы, наверное, совсем промокли, пока меня ждали.
Он поднялся и направился в сторону дома. А мужчина в строгом чёрном костюме, оставшись возле скамейки, сказал кому-то невидимому рядом:
— Ну что скажешь? Что ты на это ответишь?
Кто-то невидимый лишь тяжело вздохнул.
— Вот и я о том же! — вспылил странный мужичок. — Верующих много, а верящих мало. Просящих полно, а дающих — единицы. Все хотят пройти через игольное ушко, да не все способны пролезть…
Один всю жизнь лбом поклоны бьёт, пол в церкви почти пробил и все молитвы знает, а верит только в собственный карман. Другой всю жизнь служит, да только кому? Золоту, одежде, машинам своим? Кому служит, я тебя спрашиваю?!
Невидимый собеседник снова тяжело вздохнул и ответил:
— Каждый выбирает сам… И верящему воздастся по вере его.
— Вот именно, — кивнул мужичок в костюме. — По вере его…
А мужчина тем временем шёл домой. Рядом бежали две смешные рыжие собачки и два кота. Они заглядывали ему в глаза, и в этих глазах он видел радость.
Небо, ещё недавно затянутое тяжёлыми свинцовыми тучами, начинало светлеть. Солнце выглядывало и бросало лучи, освещая путь человеку с рыжими собачками и котами.
И только один вопрос не давал ему покоя — откуда странный мужичок знал, что надо прийти после двух часов? Он ведь как раз собирался до этого времени убираться.
Мужчина вдруг остановился, хлопнул себя по лбу и воскликнул:
— Господи, какой же я дурак! Ну конечно! Он же без часов. Как он узнает?
Он развернулся и побежал назад. Коты и собаки бросились следом.
— Извините, — сказал он мужичку в чёрном костюме, всё ещё стоявшему у скамейки. — Вот, возьмите. Вы ведь без часов. Как же вы узнаете, когда будет два?
Он снял часы с руки и протянул их странному человеку.
— Дорогой подарок, — заметил тот, принимая часы. — Это ведь часы твоего отца.
— Они мне теперь ни к чему, — грустно улыбнулся мужчина. — У меня ни работы, ни женщины нет.
Он повернулся и пошёл домой.
А мужичок в чёрном костюме смотрел ему вслед, сжимая в правой руке старые часы.
— Иди, человек, иди, — сказал он. — Всё у тебя будет. Ты отдал самое дорогое, а я умею ценить такие дары. Иди и не тревожься ни о чём…
— Видал? — снова обратился он к кому-то невидимому. — Отдал мне самое дорогое. И что теперь прикажешь делать? Как быть с человеком, который не верит ни в Бога, ни в Дьявола?
Как быть с тем, кто не крещён, но вера его… сильнее, чем у многих. Вера у этого неверующего крепче камня. Так вот…
Все его испытания возьми на меня. Я за него слово держу. А часы я ему верну — вот как в гости приду, так и верну.
Мой он. Нечего ему у тебя делать. У тебя всё по книге, по правилам. С водичкой и молитвами. А мне неважно, во что он верит.
Я дам ему покой и радость. Я отведу ему место, где он встретит всех своих родных. Идёт?
Ответа не последовало. На скамейке уже никого не было.
А мужчина спешил домой. Рядом бежали две рыжие собачки и два кота, а на плече сидел скворец. Он время от времени клевал мужчину за правое ухо, а затем, вытянувшись к небу, пел прекрасную песню.
И над ними парили огромные, ослепительно белые и невидимые никому крылья, а солнце, выйдя из-за туч, освещало им путь…
О чём эта история? Не спрашивайте меня — я не отвечу.
Я так вижу. Это всё, что могу сказать. А остальное — решайте сами.
А иначе как?
А иначе никак.
