Тёплым весенним утром, когда на старой деревенской дороге наконец подсохла раскисшая за зиму грязь, тишину вдруг разорвал жуткий гул. Он был настолько оглушительным, что перепуганный кот, дремавший у избы, вскочил как ужаленный.
Юркнув за могучий вяз, последний обитатель покинутой деревни увидел нечто невообразимое. По дороге, ведущей к заброшенным фермам на другом конце села, медленно двигались огромные существа. Они не шли на лапах, а катились на круглых твёрдых кольцах, гремели, дребезжали и выдыхали едкий дым, от которого щипало в носу.
Добравшись до старых построек, чудовища замерли. Кота терзало любопытство и тревога, и он, петляя по огородам и закоулкам, осторожно последовал за ними. Затаившись, он наблюдал, как из грохочущих махин выбирались странные двуногие создания — люди. Они громко переговаривались, ходили вокруг ферм, размахивали руками и что-то обсуждали.
На следующий день деревню наполнили новые звуки: застучали топоры, зажужжали пилы. День за днём, борясь со страхом и неугасающим интересом, кот пробирался к фермам и подолгу смотрел, как незнакомцы работают.
Он не понимал, что происходит, и тревожился, что однажды люди придут к его избе и прогонят его прочь. Однако опасения не оправдались. Проходили дни, но никто не бродил по деревне и не заглядывал в пустые дома. Все были поглощены делом на фермах.
Постепенно кот привык и к шуму машин, и к присутствию людей. Маленький коренной житель снова зажил своей привычной жизнью, лишь избегал появляться на глаза и не подходил близко к месту работ.
К осени строительство завершилось. На месте руин вырос новый бревенчатый дом, рядом появилась баня, а две большие фермы с подсобными постройками полностью преобразились и обрели вторую жизнь.
В дом заселились хозяева, а отремонтированные фермы наполнились новыми, шумными жильцами. Заброшенную прежде деревню огласили кудахтанье кур, крики задиристых петухов и блеяние целого козьего стада.
В новом доме поселился фермер Владимир с женой Настей и дочерью Лизой. Окончив ветеринарный техникум, Владимир женился на своей однокурснице. Некоторое время они работали вместе на сельхозпредприятии, затем у них родилась дочь. Со временем супруги решились осуществить давнюю мечту — завести собственное фермерское хозяйство.
Выбрав для этого заброшенные фермы в деревне Филино, они оформили льготную ссуду в сельхозуправлении и с энтузиазмом принялись воплощать в жизнь тщательно продуманный план.
Поначалу всё складывалось именно так, как они рассчитывали. Но, как и в любой семье, за радостями скрывались и свои тревоги.
Их единственная, горячо любимая дочь Лиза по необъяснимым причинам не говорила. Девочка была совершенно обычной: прекрасно слышала, всё понимала, отличалась сообразительностью, но слова так и не появлялись.
Врачи осторожно успокаивали родителей, каждый раз указывая на новый возрастной рубеж, после которого речь якобы должна была сформироваться. Но время шло, Лизе исполнилось шесть лет, а изменений не происходило.
Мать и отец не опускали рук: занимались с дочерью по специальным программам, проходили курс за курсом, однако все усилия пока не приносили плодов. Эта беда тяжёлым грузом лежала на их сердцах, наполняя жизнь постоянным беспокойством за будущее ребёнка.
Одинокий, одичавший кот с удивлением наблюдал за тихой девочкой. В отличие от взрослых людей, она не вызывала у него страха. Он чувствовал: этот человеческий «котёнок» не способен причинить зла.
Несмотря на предостережения матери, когда-то жившей рядом, кота неудержимо тянуло к людям. Он ничего не мог с этим поделать и всё чаще устраивался на своём тайном наблюдательном пункте в густых кустах неподалёку от фермы.
У фермера жил большой лохматый пёс-подросток по кличке Волчок. Он исправно охранял хозяйство от незваных гостей, но к другим животным относился удивительно добродушно.
Волчок давно учуял пушистого наблюдателя и не раз подходил к нему совсем близко, обнюхивал, но по какой-то молчаливой договорённости ни разу не выдал его, словно понимая, что так надо.
Зима пришла быстро и оказалась особенно суровой. Трескучие морозы пробирали кота до костей, а вместе с холодом пришёл и голод. Исхудавший, дрожащий от стужи и бессилия, он решился на отчаянный шаг.
С появлением фермы, как это часто бывает, появились и грызуны. Кот чувствовал их издалека, а фермер поначалу не замечал серых воришек, которые таскали яйца и портили комбикорм.
Когда к зиме ущерб стал ощутимым, Владимир привёз из соседнего села кошку и кота — прославленных крысоловов, расхваленных словоохотливой бабкой. Однако хвостатые новосёлы, оценив масштабы работ, быстро сбежали обратно к тёплой печке.
Ловушки тоже не помогали — крысы продолжали хозяйничать. Тем временем голодающий кот перебрался в курятник и обосновался под самой крышей. Там было тепло, безопасно, и оттуда отлично просматривалось всё происходящее внизу.
Куры быстро привыкли к новому жильцу и не обращали на него внимания. У кота появилась еда, вода и шанс пережить зиму. Он боялся только одного — что его выгонят, и потому, вспомнив материнские рассказы, решил действовать.
Ночами он ловил крыс и аккуратно складывал добычу на крыльце дома, словно расплачиваясь за приют. Фермер с женой не раз удивлялись загадочному помощнику.
— Настя, опять на крыльце крысы. Похоже, у нас где-то живёт кот, — говорил Владимир. — И Волчок его почему-то не выдаёт.
— Наверное, дикий, — сомневалась Настя. — Надо следить, чтобы Лизу не обидел.
— Если крыс таскает, значит, не такой уж и дикий, — возражал он.
Владимир стал оставлять на крыльце миску с козьим молоком. По утрам она оказывалась пустой, а рядом лежала новая добыча.
— Вот такой у нас, Настя, взаимовыгодный обмен, — смеялся фермер.
Когда ударили особенно сильные морозы, Волчка стали забирать на ночь в дом. Этим и воспользовалась незваная гостья. В курятник пожаловала лиса.
Хитрая и осторожная, она уже бывала здесь раньше и ещё осенью успела сделать незаметный подкоп. Тогда ей удалось утащить несколько цыплят, не привлекая внимания.
Теперь, убедившись, что собаки нет, лиса рассчитывала поживиться курицей. Она не знала лишь одного: сверху за ней внимательно следила пара ярко горящих глаз…
Мгновенно выбрав добычу, лисица рванулась вперёд, намереваясь схватить курицу, но в тот же миг сверху на неё обрушился неожиданный защитник. Воздух разорвал невообразимый гвалт: сотни птиц закричали, заметались, наполняя курятник хаосом и паникой.
Хищница, ошеломлённая нападением, попыталась прорваться к лазу, но противник не отпускал. В яростной схватке лиса крутилась и выворачивалась, стараясь стряхнуть вцепившегося кота, и, наконец, изловчившись, со всей силы укусила его за переднюю лапу. В пылу боя кот не ощутил боли, однако, когда рыжая тень исчезла в норе, он не удержался и рухнул вниз.
Раненый уже не чувствовал лапы, но, оставляя на снегу алую полосу, упрямо бросился следом за ускользающей хищницей, пока силы окончательно не покинули его.
Владимир проснулся от истошного куриного крика и лая Волчка. Схватив ружьё и включив прожектор, он выбежал во двор вместе с псом. В ярком свете он отчётливо увидел лису, убегающую от курятника, и большого кота, преследующего её. Стрелять фермер не решился — слишком велик был риск задеть неожиданного помощника. Волчок погнался за ними, но вскоре вернулся один.
Обойдя курятник и заметив кровавый след, Владимир понял, что кто-то серьёзно пострадал. Внутри валялись перья и подраненная курица. Фермер был потрясён отвагой кота, осмелившегося вступить в бой с ловкой и опасной лесной хищницей.
Когда всё окончательно стихло, кот с трудом вернулся в своё укрытие. Там он долго и мучительно вылизывал распухшую, пульсирующую болью лапу.
Утром миска с молоком осталась нетронутой, и на крыльце не появилось ни одного «подарка». Сердце Владимира было не на месте. Он ходил, звал, искал, но кот словно исчез.
— Настя, я всё думаю об этом коте… так жалко его. Неужели погиб?
— Мне тоже его жаль, Володя, — вздохнула жена. — Морозы такие… но что мы можем сделать?
В этот момент они услышали всхлипывания. Обернувшись, супруги увидели Лизу. Девочка всё слышала и горько плакала.
Тем временем у кота начался жар. Его мучила жажда, он метался в своём убежище, пытаясь подняться. Лапа распухла, и каждое движение отзывалось резкой, пронизывающей болью.
Хоть бы каплю воды… хоть снега… Он выбрался к отверстию под крышей, попробовал спуститься, но не удержался на трёх лапах, упал в сугроб и больше не смог подняться.
Лиза в это время каталась с Волчком, который возил её на маленьких санках. Вдруг девочка заметила у стены тёмный ком. Пёс подбежал, заскулил и ткнулся носом в неподвижное тело.
На кухне Владимир с Настей пили чай, когда под окнами раздался звонкий, взволнованный голос:
— Мама! Кот! Папа! Кот!
Это была Лиза. Раскрасневшаяся девочка, изо всех сил подхватив кота под лапы, тащила его к дому. Его шерсть была покрыта инеем.
Эти слова стали для родителей самым большим счастьем, радостью со слезами на глазах. Они бросились дочери навстречу.
Осмотрев рану, Владимир и Настя сразу принялись лечить кота. Лиза крутилась рядом, стараясь помочь, и с серьёзным видом подавала всё, что просили родители, без конца приговаривая:
— Не бойся, котя! Мы тебя вылечим.
Накормленный куриным бульоном, переживший все испытания, кот уснул на тёплой лежанке.
Почти месяц он провёл в доме фермера. Он был безмерно благодарен этим людям, хотя и чувствовал себя неловко. Родители с улыбкой слушали, как дочка ласково разговаривает с полосатым пациентом, и переглядывались.
Когда коту перестали давать горькое лекарство, сняли воротник и повязку, он сразу направился к двери. Он собирался вернуться к своей прежней жизни, не зная другой судьбы и считая счастьем просто иметь угол и не быть изгнанным.
Обернувшись, он протяжно мяукнул, словно прощаясь: «Простите меня и не бойтесь. Я больше не буду вам мешать».
Лиза подбежала, села на порог и крепко обняла кота.
— Не уходи, котя! Ты теперь наш!
— Не бойся, дочка, — сказал отец. — Мы его никуда не отпустим. Он будет жить с нами.
Кота назвали Филей — в честь деревни, ставшей для него родной. Теперь у Фили было всё то, о чём он никогда не мечтал, потому что даже не знал, что такое возможно: дом, забота и любовь.
На следующий год его маленькая хозяйка пошла в школу. Каждое утро Филя вместе с Волчком провожал Лизу, а днём терпеливо ждал её возвращения. Когда старенькие «Жигули» хозяина появлялись на дороге, друзья радовались, словно после долгой разлуки.
Сидя на пригорке рядом с Волчком и не сводя глаз с дороги, кот Филя понял, зачем он родился, и ни разу больше об этом не пожалел. Быть нужным и любимым — вот в чём оказался весь секрет счастья.
