— Ребята, аккуратнее, пожалуйста! Сюда ставьте! Пианино — вещь деликатная, умоляю, не поцарапайте! А то супруга мне такого Бетховена устроит — мало не покажется!
Хозяин квартиры метался вокруг грузчиков — крепких парней в рабочей форме, — скорее отвлекая их своей суетой, чем реально помогая.
— Не переживайте, — спокойно ответил самый старший из них, почти ровесник взволнованного заказчика. — Мы за сохранность отвечаем. Фирма у нас серьёзная, не какая-то там шарашкина контора. Инструмент доставим в полном порядке.
В этом голосе было что-то странно знакомое. Мужчина прищурился, внимательнее вглядываясь в лицо грузчика.
— Витька?.. Громов?.. Ты, что ли? — с сомнением выдохнул он.
Бригадир тоже присмотрелся — и тут же расплылся в широкой улыбке:
— Вот это да! Юрка Суханов! Мужики, да это ж мой одноклассник! Мы с ним за одной партой сидели, контрольные друг у друга списывали! Ты, выходит, музыкантом стал?
— Да куда там! — рассмеялся Юра. — Забыл, что ли, что у меня по пению одни трояки были? Это дочка у меня талантливая — слух хороший, пальцы ловкие. Вот для неё и заказал инструмент. Никогда бы не подумал, что вот так встретимся!
— Жизнь, брат, штука круглая, — философски заметил Виктор.
— Нет-нет, так просто я тебя не отпущу! — оживился Юрий. — После работы давай посидим, поболтаем! Чуть-чуть отметим, вспомним школьные времена!
— Посидеть — с радостью, — кивнул Виктор. — Только сразу предупреждаю: я не пью. Вообще. Совсем.
— Это как так? — удивился Юрий. — Заболел? Или закодировался?
— Ни то ни другое, — улыбнулся Виктор. — Я просто дал слово. И уже год его держу — ни капли спиртного.
— Надо же… — протянул Юра. — Жене, небось, пообещал?
— Не жене.
— Девушке?
— Тоже нет. Да не угадаешь ты, — рассмеялся Виктор.
— Ну всё, теперь я точно не отстану! — оживился Юрий. — Давай тогда вечером в кафе? У нас в доме хорошее местечко, я туда часто захожу.
— Отличная идея, — с лукавой улыбкой согласился Виктор. — За чаем всё и расскажу.
Юрий только руками развёл — такая встреча и без рюмки? Но договорились.
Вечером они сидели в уютном кафе, перед ними стоял чай и фирменные пирожные.
— Сидим, как институтки, — хмыкнул Юрий. — Даже непривычно.
— Зато эклеры тут отменные, — подмигнул Виктор. — Я в этом разбираюсь. Как пить бросил, так к сладкому пристрастился.
Вред, конечно, тоже есть, но всё же не такой, как от водки. Да и работа физическая — форму держит, живот не растёт.
Юрий попробовал пирожное и довольно заулыбался:
— И правда, вкусно! Ты же историю обещал.
— Успеем, — отмахнулся Виктор. — Давай сначала ты о себе.
— Да что про меня рассказывать, — пожал плечами Юрий. — Всё стандартно: жена, дочка, работа, дача. Инженер по технике безопасности. Не богач, конечно, но живём нормально. Иногда и побаловать себя можем.
А ты-то как в грузчики подался? В школе ведь учился лучше меня!
— Не надо меня хоронить раньше времени, — рассмеялся Виктор. — Это моя бригада. Мы с бывшим работодателем фирму открыли, я соучредитель. Иногда сам выхожу на смены — форму поддерживать.
— Вот это да! — искренне восхитился Юрий. — Я всегда знал, что ты не пропадёшь! Ну так кому ты всё-таки слово дал?
— Совести, — спокойно ответил Виктор.
— Какой ещё совести? Да ещё и… пушистой? — растерялся Юра.
— Не шучу, — серьёзно сказал Виктор. — Слушай внимательно.
…Тот год сломал его окончательно. На работе всё пошло под откос — урезали зарплату, денег катастрофически не хватало.
Нина, жена, постоянно упрекала, сравнивала с более успешными. Тогда он впервые и потянулся к бутылке.
Сначала стало легче. Потом — привычно. Рюмка на ночь, потом ещё. Сначала один, затем с приятелями. Жена кричала, плакала, а потом собрала вещи и уехала к матери.
Он думал — перебесится, вернётся. Но вместо этого получил повестку о разводе.
Он звонил, умолял, обещал бросить пить. Не бросил. И сорвался окончательно.
С работы его выгнали. Жил тем, что распродавал вещи. Перестал следить за собой. Всё стало безразлично.
В тот день он копался в мусорных контейнерах, собирая бутылки и банки. Хотел наскрести хоть на маленькую бутылочку.
И за одним из баков увидел котёнка — маленького, белого, с огромными глазами. Он дрожал, прижимаясь к стенке, пытаясь спрятаться от дождя. Увидев Виктора, жалобно мяукнул и подбежал.
— А ну, иди отсюда! — буркнул он, но сердце сжалось. — У меня самого с утра ни крошки…
А котёнок не ушёл. Уселся ему прямо на ботинок, зажмурился и будто сказал: «Хочешь — гони, а я никуда не денусь».
Виктор и сам толком не понял, как всё произошло: подхватил промокшего котёнка за шкирку и, не раздумывая, сунул его за пазуху. Так и добрался до дома. Там, не глядя, слил остатки горькой из всех найденных бутылок, выпил, сколько было, и отключился.
Очнулся он с тяжёлой, раскалывающейся головой. Тело требовало привычного «лечения», Виктор застонал, схватился за виски — и тут же отдёрнул руку.
На подушке рядом лежало что-то тёплое и пушистое, тихонько урчало. Только в этот момент он вспомнил: котёнка же притащил. Пошевелиться было больно, а малыш тем временем перебрался ему прямо на лоб, устроился там — и, как ни странно, стало чуть легче. И что теперь с этим чудом делать?
С трудом поднявшись, Виктор взял котёнка на руки и пошёл обходить соседей. Но никто брать его не хотел: у кого свои животные, кому вовсе живность не нужна.
Одна из соседок всё же пожалела — дала миску молока. Он покормил малыша, тот весь перепачкался, сидел, облизываясь, и выглядел так трогательно, что у Виктора дрогнуло сердце.
Когда-то они с женой мечтали о сыне. Он даже имя придумал — Мишка…
— Ну что, Мишка, вкусно? — само собой вырвалось у него.
Котёнок поднял мордочку, зажмурился и смешно чихнул. И как после этого выбросить его обратно на улицу?
Хочешь верь, хочешь нет, но именно с этого маленького комочка и начался путь Виктора с самого дна — наверх.
Поначалу он всё ещё по привычке тянулся к бутылке. Однажды напился так, что почти потерял сознание. Сквозь пьяный туман вдруг услышал чей-то плач. Ему показалось, будто это его сын — тот самый, воображаемый Мишка — увидел отца пьяным и испугался.
— Не плачь, сынок… — бормотал Виктор, пытаясь разлепить глаза. — Я сейчас… встану… накормлю тебя… поиграем… Ты не думай, я не пропащий… Я ещё всем покажу, кто такой Виктор Громов…
И тут кто-то ткнулся ему холодным носом в лицо. Он открыл глаза — рядом ползал котёнок, пищал от голода. И стало ему так стыдно перед этим крохой, что он расплакался сам.
— Слышишь, Мишка, — прошептал он. — С этого дня я эту гадость в рот не возьму. Работу найду, проживём. Не плачь… справимся.
И он сдержал слово. Было трудно, иногда совсем невмоготу, но он держался.
Со временем, будто сама судьба решила его пожалеть. Устроился сначала подсобным рабочим — здоровье и сила позволяли.
Потом его взяли в бригаду. Хозяин быстро заметил Виктора: тот не только работал на совесть, но и подсказывал дельные идеи по организации работы, думал не только о себе, а о том, как сделать дело быстрее и удобнее для всех.
Клиенты начали рекомендовать бригаду знакомым, заказов стало больше. Жизнь понемногу наладилась, а к бутылке тянуло всё реже.
К тому же дома его всегда ждал белый пушистый источник радости — кот Мишка. Никто так не радовался Виктору, как этот маленький спасённый с помойки зверёк.
По вечерам Виктор устраивался с котом на коленях — то перед телевизором, то с книжкой. Одиночество отступило, в жизни появился смысл. В доме снова появились нормальные вещи, да и вкусной едой они могли себя побаловать.
Однажды работодатель вызвал его на серьёзный разговор.
— Я давно за тобой наблюдаю, — сказал он. — Надёжный ты человек. Ответь честно: как у тебя со спиртным?
— Раньше пил. Сейчас — нет, — спокойно ответил Виктор.
— Ценю прямоту, — кивнул тот. — Планирую расширяться, набирать вторую бригаду. Сможешь молодых обучить?
Виктор прикинул. Силы есть, опыт есть, а деньги лишними не бывают.
— Справлюсь, — ответил он.
Так и пошло. Со временем Виктор стал правой рукой работодателя, а затем и соучредителем небольшой строительной фирмы.
Набравшись смелости, он позвонил жене. Встретились, поговорили. Она сомневалась, не верила словам. Тогда он пригласил её домой и показал кота.
— Вот, — сказал он, — моя пушистая совесть. Спроси у него.
— Мяу, — подтвердил Мишка и потёрся о её ногу.
— Ладно, — вздохнула она. — Поверю ему. Попробуем ещё раз.
Они снова стали жить вместе — и семья получилась. Не прошло и года, как родился сын. Назвали Мишкой, как Виктор когда-то мечтал.
— Теперь у меня два Мишки, и оба Викторовича, — рассмеялся Виктор. — Чтобы не путаться, сына зову Мишаней, а кот как был Мишкой, так и остался. Вот, смотри…
Он показал фото на телефоне: счастливая жена, малыш, удивительно похожий на отца, и важный пушистый кот.
— Видишь, какой стал? — с теплом сказал он. — Настоящий красавец. И не вспомнит никогда, как плакал на помойке. Я ему это обещал.
Они ещё немного поговорили, обменялись номерами и разошлись по домам, довольные неожиданной встречей.
— А не завести ли и нам кота? — задумчиво произнёс Юрий, поднимаясь к себе. — А то как-то семья без кота… будто и не совсем семья.
