Ну что тут скажешь — не складывалась у неё жизнь, и хоть ты тресни. Всё шло наперекосяк, будто по какому-то злому сценарию.
Дети так и не нашли себя: дочь пропадала по клубам и вечеринкам, сын метался с работы на работу и нигде не задерживался дольше пары месяцев. Муж и вовсе ушёл к молодой, оставив после себя пустоту и обиду. А служба… О ней и вспоминать не хотелось.
Два десятка лет она отдала одной и той же фирме, аккуратно сводя дебет с кредитом. И когда наконец освободилось кресло главного бухгалтера, она решилась поговорить с директором. Тот выслушал, покачал головой и устало произнёс:
— Опыта у вас, конечно, выше крыши, а вот инициативы… Ну, не потянете…
С этими словами он закрыл тему, а она вышла из кабинета с тяжёлым комом в горле.
Словом, всё было не так.
В таком состоянии она и возвращалась домой с дальней парковки. Осенний дождь лил без передышки, а зонт она, разумеется, не взяла. Это лишь укрепило её мысль о собственной хронической невезучести. Предстояло перейти улицу и пройти несколько дворов — вымокнешь до нитки, но не ночевать же в машине.
Возле остановки люди теснились под разноцветными зонтами, вглядываясь в поток машин в ожидании автобуса. Она вздохнула и шагнула под холодные струи дождя. Сгорбилась, втянула голову в плечи и двинулась вперёд, осторожно обходя лужи.
Именно поэтому она и не заметила его сразу.
Посреди дороги сидел большой, худой серый кот. Насквозь промокший, измождённый, он едва держался. Осенняя сырость вытягивала из него последние силы.
Если бы он поел… Ах, если бы он только поел, возможно, ещё сумел бы продержаться. Но сейчас…
Судорога свела лапы прямо на мокром асфальте. Сил двигаться не осталось, да и куда идти? Может, проще остаться здесь и дождаться конца?
— Ах, чтоб тебя! — вырвалось у неё, когда она споткнулась.
Она едва не упала, чудом удержав равновесие и при этом наступив в глубокую лужу. Вода брызнула во все стороны тысячей холодных капель. Выпрямившись, она посмотрела на причину своего почти падения.
Кот не сдвинулся. Он даже не попытался отпрянуть. Только тихо, болезненно мяукнул.
— Да что же это такое? — остановилась она. — Ты чего в луже сидишь? Слышишь? Почему не убегаешь?
Она наклонилась, и ледяные струйки побежали ей за воротник плаща. Женщина встретилась взглядом с котом — и отпрянула.
В его глазах не было фокуса. Пустота. Отсутствие.
И вдруг…
И вдруг её словно озарило.
Все её прежние беды, накопленные обиды и разочарования не стоили ровным счётом ничего по сравнению с этим пустым, потухшим взглядом.
С котом, который умирал прямо на мокрой мостовой, в центре большого города, где вокруг спешили люди…
— А знаешь, что… — произнесла она. Не спросила — именно произнесла, будто приняла решение вслух.
А затем…
Без лишних слов стянула с себя уже насквозь промокший плащ, наклонилась и осторожно подняла едва живое животное, закутала его и прижала к себе.
Дождь хлестал изо всех сил, словно пытаясь выбить из неё последние крохи тепла, решимости и веры в людей, но она вдруг перестала чувствовать холодные струи, просачивавшиеся под кофточку.
— Бегом… Быстро, бегом! — скомандовала она самой себе и рванула вперёд, уже не выбирая сухих мест.
Прохожие недовольно оглядывались на странную женщину, мчавшуюся по лужам с каким-то свёртком в руках, не замечая ни грязи, ни косых взглядов…
Дома она первым делом усадила кота в ванну и включила тёплую воду. Долго, терпеливо растирала его махровым полотенцем, потом сушила феном, стараясь не напугать.
После этого подогрела молоко и, осторожно разжав его зубы, по капле вливала с чайной ложечки.
Затем устроила его на диване — на мягкой чистой простыне, укрыла сухим полотенцем, села рядом и начала говорить.
Она рассказывала ему обо всём: о своей несложившейся жизни, о разочарованиях, о том, как устала считать себя невезучей. Гладила его большую, уже подсохшую голову и убеждала — и его, и, кажется, себя — что нельзя опускать лапы.
Что жить всё-таки нужно. Что в мире есть не только боль, но и свет. Что надежда существует…
— Конечно есть! — твёрдо сказала она и вдруг замолчала.
Кот уже спал, тихо сопел, и было видно, что ему стало легче.
И в этот момент она поняла ещё одну вещь: в её собственных словах не было той жалкой, ноющей нотки, которая годами не давала ей покоя по ночам.
Утром она позвонила директору фирмы и, не выдумывая оправданий, сказала прямо:
— Вы меня, конечно, извините… Но вчера я подобрала на улице кота прямо из лужи и…
По-моему, он болен: температура и чихает… Мне надо везти его к врачу. Можно, я сегодня опоздаю на работу?
В трубке повисла пауза, а затем прозвучало:
— То есть, вы опоздаете из-за кота, найденного вами вчера в дождь?
— Точно, — отчётливо ответила она. — Я его не брошу. Мне надо с ним к врачу.
Новая пауза оказалась ещё длиннее, и закончилась неожиданным вопросом:
— Три дня вам хватит? — раздался голос начальника.
Она уставилась на телефон, не веря услышанному, и тихо произнесла:
— Спасибо вам. Хватит.
Вечером, после многочасовой очереди в ветклинике и визита в специализированную аптеку, где она купила всё необходимое для лечения, она сидела на кухне с чашкой чая, когда зазвонил телефон.
— Как кот? — поинтересовался тот же голос.
Она чуть не поперхнулась, но, собравшись, подробно рассказала, как прошёл день.
На этот раз молчание в трубке было особенно долгим, а потом смущённый голос добавил:
— Вы не подумайте чего-нибудь, но дело вот в чём… У меня, совершенно случайно, остались все необходимые вещи для кота. Могу я привезти их вам? Пусть они хоть вашему коту послужат…
— Совершенно случайно? — удивилась она.
— Не телефонный разговор… — вздохнул он.
Спустя час начальник появился на пороге, нагруженный пакетами и коробками, которые то и дело выскальзывали из рук.
Там было всё: домик, переноска, когтеточки, миски, лоток с наполнителем, корм и ещё множество мелочей.
Он трижды бегал под дождём от машины к подъезду, перетаскивая покупки, и в итоге промок до нитки.
Позже они сидели за столом, пили горячий чай с печеньем, а он, переодетый в её тёплый халат, рассказывал, как жена с дочкой ушли от него к другому.
— Просто оставила записку и всё… — вздохнул он.
Его мокрая одежда сушилась у обогревателя.
— И кота моего забрала, — добавил он. — Так что, это всё мне теперь ни к чему…
Она собиралась поделиться своей историей, но вместо длинного рассказа произнесла лишь:
— Я тоже уже давно в разводе.
Он посмотрел на неё понимающе, помолчал, сделал глоток чая и тихо сказал:
— Похоже, мы невезучие оба.
И почему-то оба рассмеялись.
А потом…
Потом всё произошло как-то само собой — они поцеловались.
И не будем, дамы и господа, подглядывать за ними. Нехорошо это, право слово…
А кот, лежавший на диване, наблюдал за странной женщиной, спасшей ему жизнь, и за не менее странным мужчиной, притащившим столько замечательных вещей, и тихо мурлыкал.
Ему было тепло. Он был дома.
Это история о двух невезучих людях, которым однажды всё-таки повезло.
И кто знает, дамы и господа, где именно нас подстерегает удача и от чего она зависит…
Может быть, от того, что вы однажды не пройдёте мимо?
Может, от простого желания помочь тому, кому тяжелее, чем вам?
А может, всё дело в том, что в какой-то день просто идёт дождь?
