Николай Степанов всегда относился к этому дню с лёгкой неприязнью. Как же не повезло родиться восьмого марта! Хотя мама постоянно повторяла, что он — её главный подарок. Эх, мама, мама…
Её не стало пять лет назад, и тогда Николай впервые ощутил настоящую пустоту. Всегда считавший себя сильным и независимым мужчиной, он вдруг понял, что одиночество может быть невыносимым.
Да, он и вправду был сильным и независимым. Возможно, поэтому мало кто мог ужиться с ним на длительное время.
— Ты слишком строгий, Коленька. Надо быть чуточку мягче, — наставляла его мать. Николай лишь хмурился в ответ. — Ну точно, как твой отец, — вздыхала женщина.
Мама рано осталась одна, воспитывала сына в одиночку и старалась сделать из него настоящего мужчину. Николай же считал, что и одному жить неплохо, и не собирался прилагать сверхусилия, чтобы впечатлять кого-то.
На его пути встречались привлекательные женщины, но почти все, по мнению Николая, отличались сложным характером.
— Хоть бы внуков дождаться, — вздыхала мать с надеждой, глядя на него. Эти взгляды нервировали Николая, и он старался реже заходить к ней в гости.
А потом её не стало, и он был совершенно не готов к такому горю. Да разве к такому можно подготовиться заранее? Даже спустя пять лет, каждое восьмое марта он ощущал огромную пустоту внутри.
Особенно его раздражали прохожие, снующие по улицам с улыбками до ушей и огромными букетами для любимых женщин. У Николая никого не было, кому можно было вручить цветы. Ну и ладно. Зато была работа. Он трудился экскаваторщиком — профессия подходящая для сурового, немногословного мужчины, каким он был.
На работе никто не знал о его дне рождения, да и давно уже никому не было до этого дела. Поэтому восьмого марта он спокойно направлялся на стройку. — У нас сроки горят. Поднажмите, мужики, — напомнил начальник накануне. «Так даже лучше, — размышлял Николай утром, стоя у зеркала. — Не придётся сидеть дома одному и видеть, как все счастливы».
Доехав на автобусе до конечной остановки, он прошёл через заброшенный пустырь к стройке. Вокруг не было никого, снег почти растаял, лишь кое-где оставались небольшие сугробы. Именно поэтому он сразу заметил рыжее пятно на черном оттаявшем пятачке.
Сначала Николай решил, что это старая кофта. Но когда пятно зашевелилось, подняло голову и уставилось на него огромными зелёными глазами, он понял — перед ним животное, испуганное и израненное, смешавшее в взгляде боль, отчаяние и ненависть. — Кот! — выдохнул Николай и, не понимая почему, шагнул ближе. — Ты чего разлегся на сырой земле? Места другого не нашлось? — уточнил он, будто ждал ответа от кота.
Кот попытался зашипеть, но у него ничего не вышло, и лишь тяжело захрипел. Он был молод, но многое уже повидал. От людей ничего хорошего ждать не приходилось. Сейчас он с опаской смотрел на Николая, который подошёл ближе, но сил у животного почти не осталось. Оно лишь тяжело опустило голову на лапы.
— Ты что, бандит, умирать тут вздумал? — с тревогой спросил Николай, разглядывая израненное животное. Мужчина сам не понимал, почему его так волнует судьба этого бездомного. Он вспомнил, как в детстве принес домой рыжего котёнка и волновался, что мама не разрешит. Но мама поняла и сказала тогда: любовь и забота творят настоящие чудеса.
Николай отвёл воспоминания в сторону, заметил кусок плотного картона и аккуратно переложил кота. Тот тяжело дышал, ни на что не реагируя. — Вот так подарок на День Рождения! Держись, бандитская морда! — сказал Николай и направился на участок.
В этот день он освободился раньше обычного и поспешил на пустырь. Кот лежал там же, безразлично уставившись в одну точку. — Молодец, что дождался. Теперь всё будет хорошо, — повторял Николай. Он снял свитер и аккуратно замотал в него кота, после чего направился в ветеринарную клинику.
Кот долго приходил в себя. Понадобилась операция, и теперь он сильно хромал на переднюю лапу. Ещё он был ужасно худой. К Николаю, несмотря на прошедший месяц, кот относился настороженно и не проявлял ласки. — Совсем ты одичал на улице, Бандит! Но назад тебе нельзя. Пропадёшь там хромым, — убеждал Николай.
Кот презрительно фыркал и жмурился, не доверяя человеку, хотя понимал, что тот спас его от гибели. Иногда казалось, что он проверяет хозяина на прочность. Он рвал обои, скидывал посуду на пол и орал по утрам так громко, что соседи стучали по батарее. — Вот доведёшь меня однажды, — сурово говорил Николай, понимая, что никогда не сделает этого.
За это время Николай очень привязался к коту. Ему нравилось возвращаться домой, зная, что его ждут. Бандит всегда сидел у порога, а когда Николай входил, окидывал его безразличным взглядом и затем гордо шёл в комнату. — И тебе здравствуй. Что натворил сегодня, пока меня не было? — улыбался Николай. Он верил, что кот обязательно привыкнет и исправится.
Осень вступила в свои права, и Бандит по-прежнему демонстрировал свой непростой характер. Но неожиданность подстерегла Николая Степанова в тот день. Мужчина вернулся домой раньше обычного, кашлял и выглядел усталым. Сразу направился к шкафу с лекарствами, потом лёг на диван и снова закашлялся.
Кот насторожился. Он внимательно следил за хозяином, но Николай будто не замечал этого. Два дня мужчина почти не вставал с кровати, лишь иногда поднимался, чтобы покормить Бандита. Постоянный кашель сотрясал маленькую квартиру и пугал кота.
Вскоре в доме появилась бригада врачей. Бандит не оценил их резких голосов: — Что значит отказываетесь от госпитализации? У вас пневмония, — пожилая женщина настаивала, обращаясь к Николаю. Мужчина слабо возражал и кивал в сторону кота. Бандит, забравшись под стол, внимательно наблюдал за происходящим.
— Не с кем оставить… Пропадёт он без меня, — услышал кот и дернул ухом. — Глупо рисковать своей жизнью из-за какого-то кота, — скривилась врач, презрительно оглядев Бандита. Кот шипел и выгнул спину в ответ.
Чужаки вскоре уехали. Бандит вышел из укрытия и с надеждой взглянул на бледного хозяина, тяжело дышавшего на диване. Кот осторожно прокрался к нему и лёг рядом. — Ну надо же! Ты пришёл, — тихо улыбнулся Николай и погрузился в тревожный сон.
На следующий день пришла участковая врач — приятная женщина с уверенным голосом. Бандит сразу проникся к ней. Возможно, потому что она с порога отметила: какой он красавчик. — Как же вы будете? Вам уколы делать надо! Нужно в больницу, и немедленно! — всплеснула она руками, обращаясь к больному.
Николай хотел разозлиться — чего она лезет в его жизнь? Но потом понял, что уже давно никому до него нет дела. И почему-то признался этой доброй женщине, что одинок и больше всего переживает за кота. — Бандит — отличный кот. А главное умный! С весны каждое утро орал, а как только я заболел, притих. Лечить меня приходит, — тихо сказал Николай с гордостью.
Врач внимательно слушала и грустно улыбалась. — Всё будет хорошо, — произнесла она, как мама в детстве, когда дула на разбитое колено Коле. Кот и Николай поверили ей. И как можно было не доверять женщине с таким прекрасным именем — Надежда.
Она жила рядом и приходила каждый день. Бандит сначала пытался шипеть на неё, но вскоре понял, что это бесполезно, ведь она приносит вкусное угощение. Николай тоже перестал злиться и строго соблюдал все предписания врача. Каждую ночь Бандит ложился рядом с хозяином, словно охраняя его.
Постепенно Николай пошёл на поправку. Он радовался этому, но втайне переживал, что Надежда вскоре исчезнет из его жизни. — Ну что ж… Кажется, я больше вам не нужна, — тихо сказала она, заходя проведать пациента. Николай странно посмотрел на неё, мысли путались. Бандит сидел рядом и внимательно наблюдал за разговором.
В комнате воцарилось неловкое молчание. — Я пойду, пожалуй. Вы поправляйтесь, и в понедельник можете прийти на приём, — нарушила тишину Надежда. — Да, конечно. Мы с Бандитом справимся сами. Спасибо за заботу, Надежда Семёновна, — быстро ответил Николай.
Коту в этот момент захотелось вцепиться хозяину в палец, но он сдержался и лишь вежливо потерся о ногу Надежды. Она ушла и всю неделю не появлялась. Бандит грустил вместе с Николаем. — Вот я дурак… Скоро сорок лет, а всё как в первый раз. Придумал какие-то чувства. Да она такая же, как все, наверное, — рассуждал Николай, сидя с котом на диване.
Бандит не соглашался и раздражённо мяукал. — Ладно тебе. Я всё понял. В понедельник пойду за справкой и приглашу её в кино! Или в театр? — решительно произнёс Николай. — Мяу, — одобрительно откликнулся кот, и Николай рассмеялся.
Но оказалось, что Надежда Семёновна ушла в отпуск, и у Николая даже не было её номера. — Трижды идиот! — ворчал он, и кот соглашался. На следующий день она пришла, смущаясь у порога: — Коллега сказала, что вы меня искали. Что-то случилось? Вы плохо себя чувствуете? — волнуясь, спросила она. Николай улыбнулся. Рядом с этой доброй женщиной ему было спокойно и хорошо, как никогда прежде.
Кот пытался укусить нерешительного хозяина, но тот всё равно рассказал Надежде: — Да, Надежда Семёновна. С тех пор, как вы ушли, моё самочувствие резко ухудшилось. И не только у меня, но и у Бандита. Мы очень скучаем без вас, — сказал Николай, взяв её тёплую руку в свою. — Значит, я могу помочь? — спросила она, и голос её дрогнул. — Да, конечно. Не уходите больше никогда, — последовал ответ.
Снова наступило восьмое марта. Толпы прохожих спешили с букетами к любимым женщинам. Среди них шёл Николай, вернувшийся из командировки. В руках — огромный букет тюльпанов, глаза сияли от счастья, а лицо светилось улыбкой. Он впервые полюбил этот праздник и радовался, как ребёнок, когда Надежда поздравила его с днём рождения по телефону. — Мы очень ждём тебя с Бандитом дома, — сказала она на прощание. Глаза Николая засияли. Это было самое большое счастье и самый ценный подарок — когда тебя любят и ждут дома.
