Телефон мужа лежал на столе и вдруг подал сигнал, пока Саша принимал душ. Яна мельком глянула на экран — и замеpла. Сообщение от Кристины: «Привет! Скучаю. Когда будешь в офисе?»

Телефон мужа лежал на столе и вдруг подал сигнал, пока Саша принимал душ. Яна мельком глянула на экран — и замерла. Сообщение от Кристины: «Привет! Скучаю. Когда будешь в офисе?»

Она нерешительно взяла аппарат, но внутрь не заглянула, хотя и знала код блокировки. Это было не в её стиле. Яна доверяла мужу, несмотря на то, что отношения между ними давно дали трещину.

Всё начало рушиться около года назад. Тогда Яна потеряла ребёнка — третий выкидыш подряд. Медики лишь пожимали плечами: мол, тонкие механизмы женского тела порой сбиваются. Однако в этот раз Саша воспринял трагедию особенно болезненно. Казалось бы, Яна страдала больше, но мужа точно будто накрыло.

Саша, выросший в многодетной семье, всегда мечтал о детях. Возможно, даже сильнее, чем Яна, хотя она и сама чувствовала в себе готовность стать мамой. Её измотали больницы, холодные взгляды докторов, и ощущение внутренней поломки. Родителям она даже не рассказала про первую потерю — мама тогда обрушилась на неё с упрёком:

— Простое дело — родить — и то не можешь! Янка, ну ты и никчёмная… Вон сестра — другое дело!

После третьего выкидыша между супругами образовалась стена. Яна старалась восстановить связь, но Саша отдалялся всё больше, молчал, уходил в себя. Однажды она всё же решилась на откровенный разговор.

— Что-то во мне перегорело, Ян… — тихо произнёс он. — Может, ещё вспыхнет. Дай мне время.

Она дала. Может, зря? И вот сейчас — это сообщение: «Скучаю».

Яна помнила Кристину. Была на нескольких корпоративных вечерах, познакомилась с коллегами мужа. Кристина выделялась: яркая, эффектная, говорливая, с заливистым смехом. В ней чувствовалась энергия, которой Яна даже позавидовала. Но при этом была в Кристине какая-то надломленность — вся эта внешняя весёлость казалась наигранной. Яна, в отличие от неё, была сдержанной, замкнутой, интровертной. И казалось, Саша к такому типу женщин не тянется. Однако вот оно — сообщение…

Муж действительно всё чаще стал оставаться допоздна на работе. Может, причина — вовсе не в заказах?

Яну словно что-то полоснуло изнутри. Она пыталась не делать поспешных выводов, но в голове уже крутились вопросы без ответов.

Тем вечером Саша снова задержался в офисе. Яна сидела у окна, обдумывая всё, что происходило. В какой момент они с мужем потерялись друг для друга? А может, отношения уже прошли ту точку, за которой ничего не вернуть? Но если Саше лучше с Кристиной… может, стоит отпустить его?

«Нет, — вдруг чётко решила она, — Сашка мой. Я его люблю. И он любит меня». Она чувствовала это даже сейчас — в его прикосновениях, в тех взглядах, что всё ещё порой ловила. Да, их стало меньше, но они были. И, возможно, ей стоило раньше подумать, что Саша, как и она, нуждается в поддержке. У неё были подруги, свекровь, даже свёкор, а он… один на один с болью.

На следующий день Яна поехала к нему в офис.

Знала, что Саша должен быть на встрече у клиентов, и тем больше удивилась, увидев его выходящим на улицу. Но не одного. Рядом шла Кристина. Яна прижалась к стене, надеясь, что её не заметят — она не хотела становиться свидетельницей сцены, способной её добить.

Кристина приблизилась к Саше, попыталась обнять. Он шагнул назад и покачал головой. Почему? Из-за людных улиц? Или потому, что не хочет? Сел в машину и уехал, оставив женщину стоять в одиночестве. Та кусала губы, злилась. Повернулась… и встретилась взглядом с Яной.

Яна ожидала, что Кристина развернётся и уйдёт. Но та направилась к ней. Остановилась, оценивающе посмотрела.

— Привет, — холодно сказала она.

— Привет, — спокойно ответила Яна.

— Ты бы отпустила его уже. Видишь же — мучается.

— Откуда тебе об этом знать? — спросила Яна без раздражения, зная, что Саша не обсуждал с коллегами их проблемы.

— Видно же. Он ходит, как тень. А я… я его поддерживаю. И могу больше.

— Он мне нужен, — спокойно сказала Яна. — Я его люблю.

— А не скажешь по тебе, — усмехнулась Кристина. — Он уже в расчётах начал путаться. А я его могу вдохновить. И не только на рабочие подвиги.

— Избавь меня от деталей, — поморщилась Яна. — И не лезь в чужую семью.

— А что от неё осталось? — с вызовом спросила Кристина. — Я не отступлюсь. Так что подумай, может, лучше уступи. По-хорошему.

Развернулась и ушла. Яна смотрела ей вслед, не испытывая боли. Напротив — как будто внутренняя трещина вдруг начала затягиваться. Появилась чёткость, уверенность.

В тот же вечер Саша снова вернулся поздно. Яна сидела за ноутбуком, смотрела билеты.

— Что делаешь? — он подошёл и поцеловал её в шею. Яна почувствовала родной аромат, и в ней отозвалось тепло.

— Саш… а ты сможешь взять пару выходных?

— Смогу. А что?

— Поехали в Стамбул. Билеты недорогие, сейчас там тепло, и мы ведь давно мечтали о Святой Софии. И ещё, — она посмотрела в глаза мужу, — нам надо поговорить. Но не здесь. Хочу сменить обстановку, всё обсудить. Если ты тоже хочешь…

— Хочу, — сказал он после короткой паузы. — Покупай.

Через несколько дней они уже сидели за столиком в старом квартале Стамбула. Вокруг витали ароматы пряностей, звучала иностранная речь, чай в узких стаканах, восточные сладости… И долгожданный разговор.

— Я случайно столкнулась с Кристиной, — сказала Яна. — Она мне прямо заявила, что хочет тебя увести. Что скажешь?

Саша не сразу ответил, но не отвёл взгляда.

— Она неплохая. Да, старалась быть рядом. И был момент, когда я подумал — может, и правда… Но потом сразу становилось противно. Не от неё — от самой мысли. Я просто не знал, что делать. Мы ведь с тобой так мечтали о ребёнке…

— Я и сейчас мечтаю, — прошептала Яна. — И если не получится родить — я готова взять малыша из приюта. А ты?

Он удивлённо смотрел на неё.

— Я думал об этом. Но был уверен, ты не согласишься.

— Почему?

— Ты… сдержанная. Умная, но замкнутая. Думал, ты против чужих детей.

— Они не чужие, Саш. Главное — быть родителями, а не просто биологами.

— Я горжусь тобой… — прошептал он и обнял. — Надо было раньше говорить об этом. Но мы боялись.

— Теперь бояться нечего. А с Кристиной…

— Я всё скажу. Я сам с ней поговорю. Всё проясню.

Они ещё не знали, что спустя девять месяцев их семья станет больше. Что вместе со свежими воспоминаниями о Востоке, чае и лавках с керамикой они увезут домой самый драгоценный подарок…

Оцените статью
Апельсинка
Добавить комментарии