История эта произошла в одном посёлке и случилась довольно давно — прошло уже несколько десятилетий. С тех самых пор я к грибам не притрагиваюсь ни под каким соусом. Впрочем, справедливости ради, и до этого случая особой любви к ним не испытывал.
Ну так вот…
Котёнка нашли в лесу во время тихой грибной охоты. Он был истощённый, голодный, кишел блохами и глистами. Возни с ним оказалось столько, что хватило бы на нескольких питомцев сразу. Но когда его пролечили, откормили и он начал приходить в норму, выяснилось: кот это очень необычный.
Во-первых, выглядел он откровенно странно. Голова непропорционально большая, лапы разной длины — передние заметно длиннее задних. Тело будто собрано из отдельных частей, соединённых кое-как, словно на шарнирах. Но главное — глаза. Они были пугающе осмысленные, почти человеческие, словно кот не просто смотрел, а думал, причём думал много и глубоко.
Разумеется, именно он стал главным любимцем двух сестричек, живших в этом доме. Более того, именно благодаря ему девочки учились исключительно на пятёрки.
Кот неизменно усаживался рядом, когда они делали уроки, внимательно слушал объяснения, рассуждения и каким-то своим способом «подсказывал», на что стоит обратить внимание. Девочки были уверены: без Коти они бы так не справлялись.
За это кот заслужил особое отношение и усиленное питание от их матери — женщины строгой, спортивной и крайне дисциплинированной. В молодости она была чемпионкой города по одному из восточных единоборств, каким именно — уже никто толком не помнил.
Её муж, высокий, полностью лысый миколог, работавший в научном институте, побаивался супругу вполне обоснованно. В годы знакомства случались эпизоды, когда местные хулиганы пытались проявить инициативу — и потом горько жалели. Кто успевал убежать, тому везло, остальные отделывались переломами рёбер и внушительными синяками.
Так что страх перед её гневом был делом жизненного опыта, а не фантазии.
Соседи, впрочем, кота иначе как «уродцем» не называли. За это девчонки регулярно дрались с местной детворой, причём по-взрослому. Их могли дразнить — им было всё равно. Но стоило кому-то обидеть Котю — начинались кулаки и пинки. При строгом воспитании и регулярных тренировках мамы школа нередко вызывала родителей «на разбор».
— Ваши дочери снова избили нескольких учеников! Это недопустимо! — возмущалась директор, угрожая отчислением.
Дома начинались воспитательные беседы. Папа, тяжело вздыхая, пытался объяснить дочерям, что драться — плохо. Мама действовала проще: раздавала подзатыльники, причём папе доставалось не меньше — за мягкотелость и неспособность донести правильную мысль.
В итоге отец неизменно вставал на сторону девочек:
— А нечего нашего кота обзывать! Он не уродец, он красавец!
Девочки улыбались. Мама, отвернувшись, тоже.
За ужином все приходили к соглашению, что драться нехорошо, особенно девочкам, и в следующий раз надо решать всё иначе. До следующего раза…
Почему Котя выглядел так странно, как выжил в лесу, чем питался, почему почти не мяукал и напоминал обезьяну в кошачьем теле, никто не понимал — до определённого момента.
По соседству жила большая семья: мама, папа, бабушка и две девочки чуть постарше. Бабушка считалась знатоком грибов, благодаря чему и подружилась с отцом наших героинь. Однако сама она грибы не ела никогда.
Когда-то вся её семья отравилась грибами и погибла. Больницы тогда были далеко, помощи не дождались. Выжила только она — маленькая девочка, которой в тот день просто не досталось еды, потому что была в школе. Когда её спрашивали об этом, бабушка мрачнела:
— Мучились страшно…
Поэтому к сбору грибов она относилась с предельной осторожностью. Но даже это не спасло её близких много лет спустя.
Прошло время. Несмотря на страхи и протесты матери, семья девочек всё же решилась снова пойти в лес. Отец-миколог уверял, что уж он-то точно разберётся в грибах.
Смех, беготня, игры, папино ворчание и полные корзинки маслят и белых грибов. Когда все устали и собрались домой, произошло то, что изменило всё.
Котя, который всегда ходил с ними в лес просто «за компанию», вдруг словно обезумел. Он выгнул спину, зашипел, зарычал и бросился на папу, державшего корзины.
— Он взбесился! — закричал отец и замахнулся корзиной.
Его руку перехватила мама.
— Ударишь моего кота — я тебе всю лысину выдеру, — прошипела она.
Папа остановился. Во-первых, он знал, что она может. Во-вторых, перспектива остаться без последних волос окончательно его отрезвила. Корзины выпали из рук.
И тут Котя бросился на них. Он перевернул одну корзину и начал яростно разбрасывать грибы. Папа стонал, мама и девочки смотрели, не веря глазам.
Когда все уже хотели оттащить кота, он выгнулся ещё сильнее, зашипел так, будто перед ним явился сам Ад. Глаза вылезли из орбит, шерсть встала дыбом.
Он явно видел нечто, чего люди разглядеть не могли…
Отец наклонился и поднял тот самый гриб, который Котя отшвырнул в сторону. Он ещё раз пристально вгляделся в него — и в тот же миг всё стало ясно.
Лицо его резко побелело, словно из него разом ушла кровь. Ноги подкосились, и он медленно осел, почти рухнул на землю. Руки затряслись мелкой дрожью, челюсть безвольно отвисла, а глаза распахнулись так широко, что в них читался неподдельный, животный ужас.
Мама осторожно взяла гриб из его ослабевших пальцев и внимательно осмотрела. И тут заметила то, что сначала ускользнуло от взгляда: сбоку, почти незаметно, к крупному белому грибу прилепился маленький, чужеродный грибочек. Совсем иной.
Из отцовского рта вырывались обрывки слов, бессвязные звуки, больше похожие на всхлипы:
— Я… я же… как… не может быть…
Он плакал.
— Господи… — прошептала мама, и голос её сорвался. — Это же бледная поганка…
Она тоже опустилась на траву, чувствуя, как ватными становятся ноги.
Девочки смотрели на родителей, не понимая до конца, что происходит, но страх уже сжимал их изнутри. Лишь один Котя оставался удивительно спокойным. Он нашёл то, что искал, сделал всё, что должен был, и теперь просто ждал. А значит — опасность миновала.
Мама посмотрела на кота, который сидел рядом, спокойно и сосредоточенно глядя куда-то вдаль. И вдруг многое сложилось в единую картину. Она поняла, чем он питался, когда жил в лесу, почему выжил, почему стал таким странным, непохожим на других.
— Вот оно что… — тихо произнесла она.
— Прости меня… — выдавил отец, всё ещё не в силах поднять взгляд.
— Это не мне ты должен говорить, — ответила мама, — а коту. Он только что спас нас всех. И тебя в первую очередь.
Домой Котю несли на руках, передавая друг другу. Его гладили, целовали, хвалили, благодарили — в тот день он стал безоговорочным героем.
В лес за грибами они больше не ходили никогда. А Котю после этого любили ещё сильнее, если такое вообще было возможно.
Потомство от него пошло необычное. Внешний вид этих котов, их поразительная сообразительность, почти человеческая осмысленность поведения быстро сделали их известными далеко за пределами посёлка, да и всей области.
Нет, они не стали какими-то «грибными» котами. Скорее, оформились в особую ветвь — промежуточную, словно следующий шаг эволюции кошачьего рода.
А девочки?
Да что девочки — они стали защищать Котю ещё яростнее, чем прежде. Но вскоре вся история разлетелась по округе, и драки сошли на нет. Теперь людей интересовало совсем другое — когда можно будет привести свою кошку к Коте на свидание.
Сегодня в доме живут уже четыре кота, похожие на него как близнецы. Разве что масть у каждого своя.
Почему так?
Потому что котов, как известно, много не бывает.
А что касается грибов… Конечно, ешьте их на здоровье, если хотите. Лично мне они не по душе. Стоит вспомнить эту историю — и аппетит пропадает напрочь.
Хотя, если задуматься… если бы не те грибы и не Котя, который питался ими в детстве… кто знает, чем всё могло закончиться.
Вот потому я и говорю: пути Господни действительно неисповедимы.
Кажется, именно так это и звучит.
