Александр Павлович и Надежда Петровна, самые обыкновенные городские пенсионеры, собирались выйти на привычную прогулку. В последние годы она выглядела одинаково: неторопливый круг по просторному двору и обязательный отдых на лавочке у подъезда.
Если погода благоволила, а самочувствие позволяло — а для людей в возрасте эти два фактора всегда идут рука об руку, — супруги доходили до ближайшего парка. Там они подолгу рассматривали деревья, кормили уток в пруду и радовались первым признакам весны или тихой осени.
На все прогулки с ними отправлялся и их любимец. Но это была не собака, как принято у большинства, а крупный, полосатый и удивительно спокойный кот по имени Тихон.
Он важно шагал рядом, на поводке, не обгоняя и не отставая. Кот был уже в возрасте, как и его хозяева, и никогда не торопился, точно чувствуя и принимая их размеренный ритм.
С виду Тихон ничем не отличался от обычного дворового кота, но на самом деле он был существом особенным.
Когда пожилым супругам требовалась передышка, они присаживались на скамейку. В этот момент Тихон привычно запрыгивал на колени Александра Павловича, устраивался поудобнее и замирал. За почти пятнадцать лет совместной жизни он научился безошибочно понимать: у хозяина снова разболелись колени, и им срочно нужно тепло.
Ни лекарства, ни физиотерапия не помогали Александру Павловичу так, как это делал кот. Глубокое, ровное тепло и странные, едва ощутимые вибрации его тела снимали боль и позволяли идти дальше.
Пушистый «врач» всегда точно знал, когда настал его час.
— Если бы не Тихон, я бы уже лет пять как не ходил, — уверял мужчина докторов, рассказывая о своём коте.
Врачи лишь улыбались и кивали, списывая такие слова на возраст и сентиментальность пациента.
Жили они тихо и дружно, если не считать мелких бытовых недоразумений, которые случаются в любой семье и не стоят упоминания. Каждое утро начиналось с обязательного «осмотра»: кот внимательно обходил хозяев, словно проверяя их состояние, и только после этого шёл к миске. Перед сном процедура повторялась.
Жизнь их текла спокойно, словно медленная река без бурь и водоворотов. Казалось, так будет всегда.
Очередная зима ушла, напоследок напугав метелями и морозцами. В апреле солнце уже вовсю светило с чистого голубого неба, торопя природу сбросить остатки зимней дремоты. Появилась первая зелень.
Но Тихон, который обычно в это время оживлялся, был необычно вялым. Возраст брал своё и с него. Он не отказывался от своих обязанностей, но двигался медленно и выглядел усталым.
— Саша, мне кажется, Тишенька совсем приуныл. Я за него переживаю, — говорила Надежда Петровна, глядя на кота.
— Годы, Надя. Нам ли не знать. Может, просто хандра. Правда, Тиша? — отвечал муж, поглаживая питомца.
Через несколько дней Надежда Петровна вернулась из магазина не одна. Не обсудив это с супругом, она принесла домой рыжего котёнка-подростка.
— Саша, тут такая история. Помнишь Полину из соседнего дома? Её забирают к дочери. У них злая собака, кота взять не могут. Барсику просто некуда идти. Я не смогла отказать, — торопливо объясняла она.
— Я понимаю тебя. Но поймёт ли это Тихон? Он решит, что его заменили. Будет ревновать, драться. Не нравится мне это, Надя, — нахмурился Александр Павлович.
— Да ты что! Ему только лучше будет. Молодой рядом — глядишь, и наш старичок оживёт, — настаивала жена.
Мужу было жаль рыжего котёнка.
— Ладно… поживём — увидим.
Тем временем Барсик уже осваивался. Первым делом он подошёл к Тихону. Старый кот поднялся с дивана и внимательно оглядел рыжего гостя.
Тихон никогда не был задирой и всегда решал всё миром. Он осторожно потянулся к новичку, но тот воспринял это как приглашение к игре и начал прыгать, толкаться и размахивать лапами.
Старый кот посмотрел на это представление, сделал вывод, что перед ним обычный глупый молодняк, и потерял интерес. Укоризненно взглянув на хозяев, он ушёл в другую комнату.
Барсик не отставал, но Тихон демонстративно отворачивался, показывая, что ему некогда заниматься глупостями. У него были дела поважнее — смотреть в окно или дремать на книгах.
Хозяева решили, что знакомство прошло удачно, и со временем всё наладится.
Но Тихон веселее не стал. Молодой кот раздражал его суетой. Стоило Тихону устроиться на коленях у деда, как Барсик тут же пытался вытеснить его, а хозяева лишь смеялись. Это больно ранило старого кота.
Молодой наглец ел из его миски, пачкал шерсть на прогулках, занимал любимые места. Тихон всё чаще чувствовал себя лишним.
Когда приезжали внуки, внимание доставалось только Барсику.
— А Тихон? Почему с ним не играете? — спросил дед.
— Он старый, с ним скучно, — отмахнулись дети.
Это стало последней каплей. Забившись под кровать, Тихон тихо плакал. Он решил, что больше никому не нужен.
К вечеру он незаметно выскользнул за дверь.
— А где Тихон? — пошутил дед.
— Он даже не ел сегодня… — всполошилась хозяйка.
Скоро стало не до шуток. Кот пропал.
Ночью супруги не спали, надеясь, что он вернётся. Но беглец так и не появился…
Вот уникальный структурированный рерайт с высокой оригинальностью, сохранённым смыслом, объёмом и абзацами, без дробления на отдельные строки.
Тихон забрёл за хозяйственные постройки какого-то магазина и, выбрав деревянный ящик, кое-как устроился в нём на ночь. Под утро его спугнул сторож, вышедший покурить. Испугавшись резкого движения и человеческого голоса, кот сорвался с места и убежал, сам не понимая куда.
Он шёл долго, пока не оказался в незнакомом дворе. Там его заметили два бродячих пса. Они неслись прямо на него, и Тихон, собрав последние силы, юркнул в маленькое подвальное окошко и затаился, прижавшись к холодной стене.
Тем временем сын с женой, приехавшие забрать детей, узнали о пропаже кота и решили помочь растерянным родителям. Они обошли окрестности, звали Тихона до самого вечера, но безрезультатно. Уехали расстроенные, с уснувшими в машине детьми, пообещав вернуться и продолжить поиски на следующих выходных.
А Тихон в это время сидел в сыром, тёмном подвале, где обитали ещё двое — два худых, грязных котёнка. Их мать несколько дней назад ушла искать еду и больше не вернулась. Видимо, беда настигла её где-то на улице.
Преодолев страх, малыши, жалобно попискивая, прижались к большому тёплому коту, словно к родному. Они дрожали и быстро уснули. Тихон сидел неподвижно, боясь пошевелиться, чтобы не разбудить сирот. Он отчётливо слышал, как урчат их пустые животики.
Ему самому хотелось есть и пить, но мысли о собственной нужде он гнал прочь. Лишь бы накормить этих несчастных малышей. Но тут же он отталкивал и эти мысли: для этого пришлось бы вернуться к людям. А возвращаться туда, где он почувствовал себя преданным, он не собирался. Пусть лучше погибнет на улице, чем снова станет лишним.
Время потеряло счёт. Вокруг была темнота, сырость и всё более слабый писк обессиленных котят. Вдруг Тихону показалось, что кто-то зовёт его по имени. Он осторожно высунулся из подвала и прислушался.
— Тихон… Тихон… — раздался знакомый голос.
Котята, цеплявшиеся за него, мешали слушать, и Тихон выпрыгнул наружу. По двору, опираясь на палочку, медленно ходил его хозяин.
Обиженный кот молчал и наблюдал. Дед Саша устало сел на скамейку и опустил голову. В этот момент сердце Тихона сжалось не от обиды, а от жалости — к хозяину, к себе и к этим крошечным существам, погибающим от голода.
Громко мяукнув, он подбежал и запрыгнул деду на колени. Тот долго прижимал его к себе, что-то говорил, а потом попытался увести домой. Но Тихон, настойчиво мяукая, побежал к подвальному окну. Там копошились котята. Хозяин всё понял без слов.
Домой они вернулись все вместе.
— Они остаются у нас, — твёрдо сказал дед Саша, доставая из-за пазухи котят.
Когда Надежда Петровна увидела заморышей, она всплеснула руками:
— Бедные вы мои… Господи, да что же с вами сделали…
Барсик стоял рядом с широко раскрытыми глазами. Он хотел было поиграть с малышами, но Тихон внезапно зашипел и дал ему лапой. Во избежание драки рыжего кота поспешно увели в другую комнату.
В воскресенье сын с невесткой уезжали от родителей уже не с пустыми руками. К огромной радости детей они забрали с собой игривого Барсика. Только после этого Тихон окончательно успокоился и вернулся к привычному укладу жизни.
Он неустанно заботился о двух найденышах, заменив им погибшую мать. Благодарные приёмыши не отходили от него ни на шаг. Забота не утомляла старого кота — напротив, рядом с малышами он словно ожил, стал бодрее и веселее.
Когда Мишка и Гришка окрепли и подросли, Тихон начал обучать их своему мастерству. Что именно он им «рассказывал», показывая простые, но важные приёмы, человеку не дано узнать. Но результат оказался удивительным: котята научились снимать боль так же, как их мудрый, горячо любимый учитель.
