— Куда едем, дорогой? Довезу быстро, недорого возьму! — наперебой налетали на Максима частники, как только он вышел из аэропорта.
С трудом отбившись от навязчивых таксистов, он двинулся к автобусной остановке. В столицу по работе он прилетал почти каждый месяц и дорогу до любимой гостиницы знал уже наизусть.
Получив ключи от номера, Максим заметил встревоженные лица администраторш за стойкой. А поднявшись на свой этаж, увидел молодящуюся женщину — хозяйку этажа. Та пыталась успокоить пожилую горничную:
— Тётя Маша, да не принимайте вы близко к сердцу. Вы сколько лет тут работаете? Всяких уже повидали.
— Ага… — всхлипнула та, еле сдерживая слёзы. — Но такого мне ещё никто не говорил!
Максим эту горничную знал давно. Аккуратная, доброжелательная, внимательная ко всем, она чем-то напоминала ему маму. В первые командировки он познакомился с ней, а позже они даже стали по-настоящему тепло общаться. Хозяйку этажа он видел впервые.
— Что произошло, тёть Маш? — вместо приветствия спросил Максим.
— Максимушка приехал… — она попыталась улыбнуться сквозь слёзы, но снова всхлипнула.
— Тут один клиент заселился, — ответила за неё хозяйка этажа, поглаживая женщину по плечу. — Из нуворишей. Ведёт себя, как избалованный принц без воспитания. Всё ему не так. Заказал ужин в номер, а официанту дверь не открыл — велел оставить тележку у входа. Пока она стояла, кто-то выел тарелку с красной икрой. И этот тип, вместо того чтобы подумать головой, решил обвинить тётю Машу. Никто в это, конечно, не верит, но жалобу администрации он накатал. Подлец! — глаза Оксаны холодно блеснули.
От этих слов тётя Маша снова расплакалась.
— Да ну, ерунда, — попытался поддержать её Максим. — Кто поверит? Вас тут все уважают. Я в прошлый раз в книге отзывов писал — там только и благодарностей, что «спасибо тёте Маше», «спасибо Марии Ивановне». А такие пройдохи… они всегда были и, видимо, ещё долго никуда не денутся.
— Спасибо тебе, Максимушка, — наконец выдохнула горничная, немного успокоившись. — Пойдём, провожу до номера. Я там дверь чуть приоткрыла, чтобы проветрилось — только закончила влажную уборку. Надолго к нам?
— На одну ночь. За день всё решу и обратно. Билет уже куплен.
Номер был небольшой, не «люкс», но уютный и чистый. Максим сразу почувствовал себя почти дома. Разобрав вещи, он достал из командировочного портфеля пакет с едой, который мама, как всегда, собрала с таким усердием, будто он ехал не в столицу, а в экспедицию.
Ах, мама… Сейчас люди летают налегке, без котомок и припасов, но для неё было невозможно отпустить сына в поездку без домашней еды:
— А вдруг задержка? А вдруг негде будет перекусить?
Отказаться — значит обидеть. Поэтому Максим вёз с собой и жареную курицу, и бутерброды. «Ну что ж, поужинаю домашним, не выбрасывать же», — решил он и накрыл стол. Посуда, приборы и чайник в номере были.
От курицы шёл такой аромат, что желудок радостно напомнил о себе. Обсасывая косточку, Максим вдруг заметил какое-то движение у правой ноги. Он осторожно скосил глаза и увидел из-под кровати наглую, почти бандитскую кошачью морду.
Похоже, кот прятался там, но запах мяса выманил его наружу. Максим протянул кусочек курицы — и хвостатый гость тут же вылез, устроившись прямо напротив. А на белой грудке у него, среди шерсти, заметно поблёскивали крупные тёмно-красные икринки.
— Ну и что мне с тобой теперь делать? — пробормотал Максим, глядя на кота, который после плотного ужина развалился у батареи, будто хозяин номера.
Вдвоём они легко расправились с курицей. Причём кот хрустел костями так, что Максим боялся: не сломает ли он себе зубы.
— Вот сдам тебя куда следует — будешь знать, как таскать чужую икру. Из-за тебя хорошего человека обвиняют. Ладно, обвиняет плохой человек, но тёте Маше-то от этого не легче!
Кот лениво приоткрыл один глаз, внимательно посмотрел на Максима, будто оценивал угрозу, сделал какие-то собственные выводы и демонстративно перевернулся на другой бок.
— Вот морда… — удивился Максим. — Сразу понял, что я тебя не сдам. Ладно, лежи. А я пока узнаю, что там у них за история.
Хозяйку этажа звали Оксаной. Она действительно была новенькой, поэтому Максим её раньше и не видел. Подбирая слова, он рассказал ей о «визите хвостатого представителя» в свой номер и, по реакции женщины понял: коту ничего не грозит. После этого Максим попросил позвать к нему Марию Ивановну, когда она освободится.
Ждать долго не пришлось. Минут через пять в дверь тихо постучали. Максим открыл — на пороге стояла тётя Маша.
— Нашёлся ворюга! — торжественно объявила она. — Где этот демон? Я ему сейчас устрою!
Но кота нигде не было. Максим растерянно заглянул под кровать, обошёл углы, проверил за тумбочкой — пусто. Мария Ивановна посмотрела на него с подозрением, словно сомневаясь, не разыгрывает ли он её.
— Был, тёть Маш, честное слово, был! — оправдывался Максим. — И правда какой-то чертёнок…
Мария Ивановна с радостью согласилась зайти на чашку чая. Про недавнее недоразумение она быстро забыла и тут же принялась расспрашивать Максима о местах, которые были им обоим родными. С интересом слушала городские новости, уточняла фамилии знакомых — вдруг найдутся общие?
Потягивая чай маленькими глотками, тётя Маша вдруг сама пустилась в воспоминания о «прежней жизни» в их общем городе. Говорила тепло, по-домашнему… и неожиданно замолчала. Глаза у неё округлились, она медленно перевела взгляд вниз — и лицо сразу озарилось умилением.
— Это ты, что ли? Ой, красавчик! Откуда ты такой взялся?
Она подняла на руки довольно тяжёлого кота и устроила его у себя на коленях. Наглое бандитское выражение исчезло без следа: теперь на неё смотрела милейшая усатая мордочка с прижмуренными глазками. Кот громко мурлыкал, старался ткнуться носом в её щёку, словно добавляя бонусов к своей «репутации».
«Вот плут… — мысленно усмехнулся Максим. — Настоящий дамский любимчик. С первого взгляда очаровал тётю Машу. Этот точно не пропадёт».
— Максимушка, — голос Марии Ивановны стал таким мягким и просительным, что сразу было понятно: сейчас начнётся уговор. — Ты же с ним возиться не сможешь. Завтра по делам будешь мотаться, потом домой уедешь… А ему что тут одному делать? У меня через пару часов смена закончится — я бы забрала этого разбойника к себе. А то вдруг в беду попадёт или кто обидит такую лапочку…
— Хорошо, тёть Маш, — согласился Максим. — Только пусть пока здесь побудет до конца вашей смены. А то вдруг попадётся кому на глаза — и снова начнутся проблемы.
Позже Максим шёл обратно из курилки, когда из-за одной приоткрытой двери услышал пьяные голоса. Перед номером ровненько стояли три-четыре пары мужских туфель — огромных, примерно сорок пятого размера.
«Наверное, тот самый “Люкс”… весь белый, даже ковёр», — вспомнились слова тёти Маши. Максим не стал вникать в разговор и прошёл дальше, к себе.
Но едва он открыл дверь, как кот молнией выскользнул в коридор и уверенно направился именно туда — к комнате, где шёл весёлый загул. Максим даже моргнуть не успел: хвостатый ловко просочился внутрь через щель… и уже через пару минут вышел обратно.
Спокойно ступая по ковровой дорожке мягкими лапами, кот подошёл к Максиму, будто ничего не произошло.
— Ну и что ты на этот раз натворил? — шёпотом спросил Максим.
Кот сделал вид, что вообще не понимает, о чём разговор, и невозмутимо сел рядом.
Вскоре пришла Мария Ивановна — с переноской для животных. Счастливая, сияющая, будто за сыном родным пришла.
— Давай-ка, залезай сюда, мой хороший. Поедем ко мне домой. Вдвоём веселее будет.
Кот не сопротивлялся ни секунды: молча забрался в переноску и даже, кажется, подмигнул Максиму на прощание…
На следующее утро, сдавая ключи на ресепшене, Максим обратил внимание на солидного мужчину в дорогом костюме. Тот стоял у стойки и явно собирался уехать раньше срока, разбираясь с возвратом денег за непрожитые дни.
Выглядел он помятым, как будто проснулся минут десять назад. Под тёмными очками на щеке расплылся огромный свежий синяк — ярко-лиловый, впечатляющий.
— И заявление, которое я вчера на вашу поломойку накатал… дайте сюда! Там мои данные. Не нужно это, — требовал он раздражённо.
Максим отправился по своим делам, а мужчина с синяком вышел на крыльцо гостиницы, закурил и, хмурясь, начал ворчать себе под нос, ожидая такси:
— Называется… наладил контакты. Теперь в столице лучше не светиться. Хорошо хоть легко отделался… — он осторожно потрогал синяк и поморщился. — Да уж… уважил гостей… Хотел бы я знать, какая сволочь браткам туфли… испортила?
