Он бы непременно его съел, представься такая возможность. По крайней мере, ему так казалось. Голод мучил его не на шутку, однако привычка брала своё: он никогда не бросался на еду жадно, а ел медленно, аккуратно, откусывая по крошечному кусочку и тщательно пережёвывая. Из-за этой деликатности другие коты успевали смести всё подчистую, пока он только входил во вкус. В итоге он нередко оставался ни с чем. Так случилось и на этот раз. А тут ещё этот запах…
Потрясающий аромат жареной курицы витал в воздухе, тянулся из небольшого самолётика, стоявшего в ангаре. Запах был таким манящим, что кот обнюхал летательную машину со всех сторон, облазил её снизу доверху, пытаясь найти хоть малейшую щель, через которую можно было бы пробраться внутрь салона. Силы постепенно покидали его, но отступать от источника восхитительного аромата он не хотел. В конце концов, устав от бесполезных попыток, он устроился прямо на крыле и заснул.
Во сне ему привиделось, как он с аппетитом уплетает сочный кусок курицы, жмурится от удовольствия и облизывает усы. В это самое время самолётик “Cessna 172” вырулил на взлётную полосу и начал разгоняться.
Резкий свист ветра разбудил его. Открыв глаза, кот с ужасом увидел, как земля стремительно уходит вниз. Издав пронзительный вопль, он вцепился когтями в обшивку и, отчаянно цепляясь, медленно сполз к уровню кабины.
Теперь паника охватила уже пилота и двух пассажирок, готовившихся к прыжку с парашютом. Девушки были профессионалами, обожали адреналин и не мыслили жизни без риска — в отличие от несчастного кота. Его перекошенная морда, выпученные от страха глаза и истошные крики, перекрывающие рев мотора и свист ветра, не оставили выбора: самолёт развернули и пошли на посадку.
Когда шасси коснулось полосы, кот, ослабевший от ужаса, отцепился от корпуса и рухнул на бетон. Он лежал неподвижно, не в силах даже пошевелиться. Одна из девушек, проникшись жалостью, решила забрать бедолагу к себе. Так у него появилось имя — Парашют.
Очнувшись в новом доме, Парашют быстро оценил ситуацию.
“Свезло, — подумал он. — Ой, как мне свезло…”
Хозяйка оказалась доброй, заботливой и невероятно ласковой. Очень скоро кот научился мастерски пользоваться этими качествами. Из вчерашнего беспризорника он превратился в домашнего тирана и всеобщего любимца. Ему позволяли практически всё и прощали любые выходки. Кормили его отборными, дорогими лакомствами, и жизнь казалась идеальной.
Казалось бы, на этом можно поставить точку. Но была одна деталь, не дававшая располневшему Парашюту покоя: его человек продолжала прыгать с парашютом.
Он слишком хорошо помнил, что такое высота, ветер и бездонная пропасть под лапами. И всякий раз, когда девушка собиралась на аэродром, Парашют устраивал настоящий спектакль. Он хватал её за руки, кусался, царапался, истошно вопил и даже изображал обморок — лишь бы не отпустить.
Это одновременно трогало её и выводило из себя.
— Парашют, ну ей-богу! — вздыхала она. — Ну, хороший мой, что ты так ужасно нервничаешь?
У меня очень дорогие и очень хорошие парашюты. Очень надёжные! Я тебя прошу, успокойся. Я через несколько часов буду дома…
Но стоило ей направиться к двери, как он мчался вперёд и застывал на пороге в позе «только через мой труп». В конце концов, однажды она не выдержала и заявила:
— В общем, так. Я не вижу другого выхода, кроме как… взять тебя с собой!
Она купила специальный рюкзак, в который можно было посадить кота так, чтобы его голова оставалась снаружи. Рюкзак надевался спереди, и Парашют оказывался почти напротив её лица. Именно в таком виде она и отправилась с ним на аэродром.
Как ни странно, Парашют был вполне доволен. Он вёл себя тихо и даже благовоспитанно. Позволил нескольким её подругам погладить себя — те в тот день тоже собирались прыгать. Девушки смеялись, делали фотографии: хозяйка с парашютом за спиной и Парашютом спереди, в рюкзаке.
Кот казался подозрительно спокойным, и это её насторожило.
— Парашют, с тобой всё в порядке? — спросила она.
Он посмотрел на неё и едва слышно замурлыкал.
— Что такое? — поинтересовались подруги.
— Да не знаю, — ответила она. — Какой-то он слишком тихий…
— Боится?
— Да вроде нет… — сказала девушка и погладила его.
Когда самолёт набрал высоту, все приготовились к прыжку. Приготовилась и она. Поглаживая Парашюта, убеждала его, что бояться нечего, что она прыгала уже тысячу раз, и в этом нет ничего необычного.
Кот молча смотрел на неё.
Подойдя к открытому проёму, она ещё раз его успокоила — и шагнула в пустоту.
Воздух ударил резко и беспощадно. Парашют задохнулся, зажмурился, а когда открыл глаза, мир вращался в бешеном вихре. Потом всё выровнялось, и он увидел далеко внизу стремительно приближающуюся землю.
Девушки в небе выполняли сложные элементы: строили фигуры, брались за руки, переворачивались синхронно, а затем разошлись и одна за другой дёрнули за кольца.
Дёрнула и она. И очень хороший, дорогой и качественный парашют, как и положено, выскочил из рюкзака за спиной, взмыл вверх, хлопнул и должен был раскрыться…
Нет, не раскрылся. Стропы по непонятной причине спутались, и купол беспомощно болтался вверху бесполезной тканью.
В обычной ситуации она бы отстегнула неисправный парашют и раскрыла запасной, находившийся спереди. Но теперь там был рюкзак с Парашютом. Чтобы добраться до второго купола, нужно было ножом перерезать лямки рюкзака.
Перед ней встал страшный выбор: либо погибнет любимый питомец, либо они разобьются вдвоём.
Казалось бы, решение очевидно — но только со стороны.
Она посмотрела на Парашюта и прошептала:
— Прости меня! Прости меня, мой хороший. Это я виновата. Убила тебя. А ведь ты пытался предупредить меня.
После этого… нет, она не потянулась за ножом. Она прижала его к себе и закрыла глаза.
Земля мчалась навстречу со скоростью курьерского поезда. Смерть уже будто бы оскалилась в ожидании добычи.
Парашют смотрел на хозяйку. Ему не было страшно — они были вместе. А значит, нечего бояться и не о чём жалеть. Вместе до самого конца. Он мягко прижался головой к её лицу.
Посреди огромного поля стоял одинокий стог сена, оставшийся после уборки. На следующий день его собирались увезти. Всё сено свезли в одну большую кучу — так уж получилось.
Именно в него они и рухнули. Девушка вошла в стог спиной, пробив его почти до земли, и потеряла сознание.
Очнувшись, она сперва подумала, что уже в аду. Но, пошевелив руками и простонав от боли, поняла — вокруг сено. Выбравшись наружу, проползла несколько метров и села, опершись спиной о стог.
Встать не получалось. Всё тело ныло, голова раскалывалась от пульсирующей боли.
И тут из рюкзака на груди раздалось слабое «мяу».
— Ты жив, радость моя… — прохрипела она и, достав Парашюта, прижала к себе.
Кот был едва жив, но ткнулся в неё головой и тихо мяукнул.
Минут через десять подъехали машины и скорая помощь. Люди ходили вокруг стога, задрав головы, и пытались понять:
Как это произошло? Как?
Как можно было упасть с такой высоты точно в центр огромного стога сена?
Одна из девушек, студентка физико-математического факультета, сказала:
— Вероятность одна на миллиард, то есть – она меньше нуля настолько… Настолько, что я, пожалуй, сочту это волею провидения или, если хотите, можете считать это чем-то, доказывающим присутствие высшего разума…
Другого объяснения у меня нет. Да и, пожалуй… Пожалуй, его не может быть!
Через несколько дней она вернулась домой и забрала Парашюта у подруги, у которой тот уже успел испортить занавески и кресло.
Дома она посадила кота напротив себя и сказала:
— Парашют, даю тебе слово – это был мой последний прыжок. Ты доволен?
Парашют был доволен. Он прижался к ней и замурлыкал.
А она всё размышляла… Что же произошло? Почему им так повезло?
Парашют знал ответ, но предпочёл молчать. На всякий случай. Жизней у него не так уж много, и одной уже стало меньше. А оставшиеся он хотел прожить рядом с ней.
Вот и вся история. Хотя нет…
Я обещал в самом начале рассказать, как съесть слона. Так вот, слушайте внимательно.
Это очень просто — нужно откусывать от него по маленькому кусочку. И всё. Главное — начать. Тогда любая, даже самая невероятная задача, окажется выполнимой.
Теперь точно всё.
