Когда Марте исполнилось десять лет, мир словно притих. Казалось, кто-то медленно крутил ручку громкости, пока звук не опустился на ноль…
Она всё ещё понимала хозяйку, но теперь, чтобы «услышать» её, приходилось смотреть прямо в глаза. Стоило хозяйке выйти из поля зрения — контакт тут же терялся.
Марта не жаловалась. Конечно, грустно — терять голос хозяйки, но с другой стороны, тишина имела свои плюсы. Исчезли крики соседских котов, шумные детские голоса, карканье воронов и даже новогодние салюты.
Хозяйка быстро научилась общаться с Мартой с помощью жестов. Всё шло гладко… пока не произошло страшное — Марта потерялась.
Сын хозяйки, Вовка, отпустил её на пустыре с поводка, сам же увлёкся игрой в футбол с друзьями.
Марта сначала ждала, скучала, а потом решила немного пройтись.
«Никуда он не денется, — думала она про Вовку. — А мне уже невозможно сидеть: задница затекла, комары кусают, сил нет».
Она отошла буквально на пару шагов, а когда вернулась, Вовка уже исчез. Пустырь был пуст. Марта не расстроилась: путь до дома знаком, два шага — и она будет дома. Но не всё пошло по плану.
Когда Марта перебегала дорогу, на неё налетело что-то, толкнуло, подняло в воздух. Она упала на асфальт, и внутри всё словно перемешалось в миксере. Лапа пронзилась острой болью. Она пыталась встать — не смогла. Вокруг собирались люди, жестикулировали, ругались, что-то обсуждали, но Марта не слышала ни слова. Ненавистная тишина!
Серега ехал в магазин, когда на дорогу выбежала большая белая дворняжка с рыжим пятном на боку. Он сигналил, тормозил, но собака шла неспешно, не реагируя.
«Не успею!» — мелькнула мысль.
И точно, бампер зацепил её, отбросил вперёд.
«Боже, боже! Только бы жива осталась!» — взмолился Серега и бросился к собаке.
Откуда ни возьмись, набежали прохожие:
— Посмотрите, куда смотрите?!
— Где права покупал?
— Ой, бедная!
— Не жилец она!
Серега осмотрел собаку. Лапа пострадала, но в остальном вроде всё нормально. Скорость он вовремя сбросил — иначе остались бы одни рожки и ножки.
Оправдываться глупо, лучше попросить помощи. Одному тяжёлую дворняжку не поднять — нужно бережно, словно хрустальную вазу.
— Граждане, я всё понял. Перестаньте меня ругать и помогите загрузить собаку в машину. К ветеринару повезу.
Толпа оказалась занята. Через пару минут остались только он и худой подросток в чёрной одежде.
— Поможешь? — спросил Серега.
— Да и чихать на остальных, — ответил пацан. — Вдвоём справимся.
Серега с сомнением взглянул на подростка: ручки, словно веточки… Но выбора нет.
— Только осторожно! — предупредил он и расстелил куртку.
— Не учи ученого, — огрызнулся пацан.
Они аккуратно уложили собаку на куртку, подняли и загрузили на заднее сиденье.
— Не бойся, теперь всё будет хорошо, — погладил пацан собаку по голове, смутившись от своей сентиментальности. Усевшись спереди, он сказал:
— Поехали уже!
— А ты куда? — удивился Серега.
— Мужик, один не справишься. Нужно думать! — нахально ответил подросток.
Серега согласился. Прав пацан, других помощников нет.
Марта лежала в машине и наблюдала за ними. Было больно, страшно и непонятно, куда везут. Ясно одно — домой точно не.
Водитель оказался добрым, не бросил её на дороге, а мальчик тоже был внимательным.
Сама она виновата: нужно было сидеть и ждать Вовку. Проклятая тишина! Раньше она обязательно услышала бы машину.
Она задумалась так крепко, что не заметила, как они остановились. Открылась задняя дверь, её осторожно подняли и понесли вверх по ступенькам незнакомого здания. Внутри пахло лекарствами, чистотой и животными.
«Клиника», — догадалась Марта. С одной стороны — безопасно. С другой — как хозяйка её найдёт?
Она завыла. Её поняли неправильно: потащили в комнату с белыми стенами, столом и странными предметами. Марта пыталась читать по губам, но это были не её люди. Проклятая тишина!
Дворняжка была тяжёлая, ступенек много. Серега с пацаном справились.
— Чья собачка? — спросили в регистратуре.
Пацан молчал. Серега соврал:
— Я хозяин!
Глупо объяснять — врачам это не интересно, а собаке — тем более. Вон, как плачет, наверно, совсем невтерпёж.
— А ты нормальный мужик! — удивился подросток. — Знаешь, сколько тебе это хозяйствование обойдётся?
— Думаю, недёшево, — отмахнулся Серега. — Но животинку жалко, сам виноват.
— Митяй! — протянул руку подросток.
— Сергей, — представился Серега.
— Слушай, я тебе больше не нужен?
Серега покачал головой.
— Тогда дай телефон. Не буду звонить, просто хочу узнать, как она.
Серега согласился, вписал номер в смартфон Митяя. Пометил — «Серега+белая собака».
— Ну бывай! — махнул пацан. — Жду дела.
Серега махнул в ответ. Хорошо, что выходной.
Врач осмотрел собаку, сделал рентген, обездвижил лапу. Всё оказалось не страшно: ушиб и небольшая трещина.
— Как зовут? — спросил врач.
— Африка! — ответил Серега. Рыжее пятно на белом боку напоминало жаркий материк.
— Оригинально, — улыбнулся врач. — Приезжайте к восьми за рекомендациями.
Вечером Серега сидел в холле клиники, дождался доктора.
— В целом всё в порядке. А почему вы не сказали, что она глухая?
— Глухая? — удивился Серега. Теперь понятно, почему она не услышала сигнал машины.
— А вы не знали? Она точно ваша?
— Ладно, сдаюсь. Не моя! Машиной зацепил, вот и привёз, — признался Серега.
— И куда теперь? — нахмурился врач.
— К себе. Будем искать хозяев.
— Удачи вам, — сказал доктор, улыбнувшись. — Вот рекомендации. Забирайте.
В клинике с Мартыной лапой обошлись аккуратно: обездвижили, просветили рентгеном, внутренности проверили. Судя по всему, повезло ей. Но один вопрос не давал покоя: куда она отправится, когда всё это закончится?
Её спаситель ушёл, и шансы увидеть его снова казались невелики. Придётся самой хромать по дороге домой. Найдёт ли путь? Должна найти…
Мысленно перебирала этот вариант Марта, привыкая к мысли о самостоятельном пути. Но зря старалась: буквально через несколько минут её водитель-спаситель вернулся. Марта ощутила радость.
Он поднял её на руки, аккуратно посадил в знакомую машину, и они поехали. Куда именно — она не знала. Взгляд из окна ловил фонари, мелькающие в темноте, и она надеялась, что всё будет хорошо.
Дома у спасителя пахло незнакомо, но не пугало. Он опустил её на пол, Марта вильнула хвостом — годится.
Он пытался что-то объяснить, шевелил губами. Марта вглядывалась в его лицо, но ни слова не понимала. Проклятая тишина!
Тогда он поступил умнее: поставил две миски, разложил одеяло, похлопал рукой.
«Это мне?» — догадалась Марта. — Только есть совсем не хочется…» Сон же пришёл мгновенно. Денёк был слишком тяжёлый.
Снилась хозяйка. Хмурилась, ругалась. Перед ней стоял виноватый Вовка, слёзы стекали по щекам, сползали на подбородок и падали вниз. Огромные, горькие.
Марте было жалко. Хотелось объяснить: Вовка не виноват, сама она убежала, сама попала под колёса. Лапы дергались, во сне спешила на помощь. Тут же ожила боль, укусила, проснулась.
Хозяйка с Вовкой исчезли. Марта была не дома. Стало так грустно, что она зарыдала в голос, не слыша собственного плача.
Включился свет. На кухню вошёл спаситель в трусах и майке, недовольно шевеля пальцем, открывал рот. Марта поняла: плакать нельзя.
Серега проснулся от собачьего воя. Выскочил на кухню:
— Да что же ты так орала, подруга? Нельзя так! Сосед живьём за твои концерты слопает! Тихо же, девочка…
Собака замолчала. Серега выдохнул. Но в стену уже стучали, а через минуту раздался звонок в дверь:
— Отворяй, Серега! Это у тебя собака орет в пять утра?!
Сергей понуро открыл:
— Петрович, не скандаль. Больше не повторится. Собаку из клиники домой привёз. Завтра объявление дам, хозяев найду — и будет тебе тишина.
— Меня твои проблемы не волнуют! — сварливо отозвался сосед. — Делай, что хочешь, только чтобы мне спать не мешали! Предупреждаю один раз, потом начну действовать.
С этими словами он скрылся.
Серега спать не пошёл, сел за компьютер и набросал объявление. Осталось только ждать откликов.
Но недели шли, а откликов не было. Серега ухаживал за Африкой: кормил, лечил, гулял, и с удовольствием оставил бы её себе.
Если бы не одно «но»: когда уходил на работу, собака выла, тоскуя одна, а сосед Петрович нервировал его:
— Слушай, предупреждал же! Пеняй на себя!
Серега сердился, но что делать — не знал. От Петровича можно было ждать чего угодно, даже отравления Африки…
«Может, Митяй её приютит, — думал он. — Звонил же, интересовался здоровьем. На пацана ответственность класть неудобно, но другого выхода нет».
Как только он собрался звонить, Африка пропала.
Сергей часто брал её в магазин, привязывал на крылечке, заходил ненадолго — максимум десять минут. Но однажды вышел, а собаки нет. Остался только поводок, привязанный к перилам. Позвать не мог — не услышит. Бегал, искал, потом рванул к Петровичу. Не застал.
Вроде не пойман — не вор. Но Серега чутко чувствовал: дело в руках соседа. Может, он везёт Африку куда-то дальше, и помешать некому.
И тут Серега был отчасти прав. Петрович действительно увёл собаку. Но до живодерни не довёл, просто отвёз на «буханке» подальше от дома и выпустил:
— Шуруй отсюда! В парке свои концерты устраивай!
Хлопнула дверца, мотор заворчал. Марта осталась одна. Куда идти? К кому просить помощи?
Она опустила нос к земле, стараясь уловить хоть что-то знакомое, хвост свисал между лапами. Так она бродила по парковой дорожке, не замечая ничего вокруг. Надежда таяла, лапа ныла, усталость росла.
Сколько шла — не знала. В итоге оказалась у большого фонтана. И там…
Митяй сидел на поребрике, играл на гитаре, пел. Перед ним стояла старая отцовская шляпа, в неё падали купюры. Приятно, что не всё зря.
Он устал, достал бутерброд с колбасой, вытянул ноги и огляделся. Журчала вода, вокруг сновали длинноногие девушки — благоухающая идиллия.
И вдруг на краю его видимости появилась белая собака с рыжим пятном на боку.
— Вот это да! — поразился Митяй. — Наша, ушибленная!
Он поднял гитару, сунул шляпу в рюкзак и поспешил к ней. Свистел, звал:
— Африка! Стой! — без ответа.
«Серега говорил, что она глухая, — подумал Митяй. — Надо перехватить. Увидит — может, узнает».
Он опередил собаку: та ткнулась носом в его кеды, принюхалась и замахала хвостом. Узнала!
— Молодец! Колбасу хочешь? — протянул бутерброд. Она не отказалась.
— Сиди рядом, я Серегу наберу…
Собака послушно устроилась у ног.
«Как же мне повезло, — думала Марта. — Этот запах знакомый, хоть и был недолго рядом. Парнишка заботился обо мне. Теперь всё будет хорошо…»
И тут она почуяла другой, родной и тёплый запах. Вскочила, огляделась и…
— Не знаю, как она сюда попала, но вот она! — говорил Митяй по телефону, когда собака вдруг, прихрамывая, понеслась навстречу женщине.
— Стой! — крикнул он, понимая, что бесполезно. — Серега скоро приедет…
Марта не остановилась. Она учуяла хозяйку! Родной запах вел, приказывал: «Ко мне!»
Джинсы, белая футболка, короткая стрижка. Для всех обычная женщина, для Марты — единственная.
Митяй подбежал следом, готовясь при необходимости спасать хозяйку. Женщина заметила собаку, охнула и распахнула объятия:
— Марта! Мартуся! Девочка моя!
— Вот тебе и Африка, — проворчал Митяй, притормаживая рядом.
Женщина плакала, слёзы мочили шерсть, целовала черный нос.
— Господи, как я тебя искала! И Вовка, и соседи! Где была?
— У хорошего человека! — вмешался Митяй.
Женщина заметила его:
— А вы кто такой?
— Митяй, — представился он. — Вас тоже искали. Объявления в интернете давали! А вы глухую собаку одну отпустили…
Женщина виновато развела руками:
— Садитесь на лавочку, давайте обсудим.
Митяй кивнул, и они уселись под кустом сирени.
— Сын третий класс, проворонил её, заигрался, очнулся — Мартынька пропала, пошёл искать. Домой пришёл — ревёт белугой…
— Но слезами горю не поможешь. Объявления мы вешали, в интернет заглядывали, хоть он у нас и дохлый… Но верили, что найдётся. Соседи говорили: «Забудь, Таня. Сгинула твоя Марта. Заведи новую». Мы не могли. Марту искали…
Серега увидел их издалека: худой Митяй, женщина лет тридцати пяти и белая дворняжка с рыжим пятном.
Собака прижалась к хозяйке, счастливая. Серега понял: Африка нашла дом.
Он подошёл к скамейке. Собака махнула хвостом. Митяй оживился:
— Вот он, хороший человек! А это Татьяна — хозяйка Африки, только, оказывается, Марта!
Серега подумал: «Господи, как вовремя. И Петрович хоть и паразит, но ленивый. Всего-то в парк отвёз».
Вслух сказал:
— Не такой уж я и хороший. Чуть не задавил вашу Марту.
— Присаживайтесь, — похлопала Татьяна. — Расскажете всё.
Серега сел рядом и начал…
Марта положила голову на хозяйкины колени, смотрела на людей. В душе разливалось счастье. Как же ей повезло!
Эх, услышать бы, о чём они говорят. Наверняка про неё, Марту. Но и так понятно. Пусть общаются, а она рядом, греется на солнышке, смотрит на небо, вдыхает уходящее лето и наслаждается тишиной.
Сегодня эта тишина — добрая.
