Сергей долго считал, что его личная жизнь зашла в тупик.
Многолетняя подруга и наставница Маргарита, старше его на десять лет, постепенно перестала встречаться с ним иначе, чем на выставках, конференциях и заседаниях архитектурных комиссий, после которых они иногда заходили в кафе. Когда Сергею стало известно, что она вновь проводит выходные на даче с мужем, давно уже живущим отдельно, внутри него воцарилась странная тишина — нервы словно успокоились, и он почувствовал облегчение.
Но это спокойствие длилось недолго. Ровесница Маргариты неожиданно начала бурный роман, и нервная система Сергея оказалась разорвана на куски. Он даже решился переехать к Соне, однако совместное проживание оказалось невозможным. Уже через несколько месяцев, названный «бабой» и «пассивно-агрессивным паразитом», Сергей вернулся на свою дачу.
Жить с матерью и отчимом он давно не хотел, а на дедушкиной «генеральской» даче ему нравилось. Дача требовала постоянного ремонта, но архитектурное образование позволило Сергею многое делать самостоятельно, включая перепланировку. Он сам вычертил новое крыльцо в духе позднего модерна, выточил балясины на станке и вырезал лобзиком декоративные элементы в стиле своего тезки Вашкова.
Дача окружалась соснами, воздух был свежим с лёгким запахом навоза от соседских огородов. Работа онлайн была возможна благодаря вышке сотовой связи прямо за забором.
Однако две вещи особенно огорчали Сергея. Во-первых, после разрыва с Соней он страдал от едва заметной, но постоянной депрессии, которая мешала вставать вовремя и топить камин, из-за чего утро начиналось с холодного и голодного лежания с ноутбуком под одеялом. Камердинер или денщик явно не появлялись сами собой.
Во-вторых, его раздражали кошки — точнее, люди, которые заводили их на дачах, а потом оставляли на произвол судьбы. Иногда Сергей находил коробки с котятами возле магазинов, иногда кошки сами приводили свой выводок к его двери. Зимой их бывало пять-шесть, кто оставался навсегда, кто приезжал поесть раз в неделю. Все остальные дни кормил, лечил и приучал к жизни у себя Сергей.
Ранее это воспринималось естественно, как полив огорода, но во времена Сони он про кошек почти забыл, и заботу временно приняла соседка Надежда, жившая на даче с мая по октябрь. После её отъезда в Москву в ноябре Сергею вновь пришлось брать всё на себя. Кошки вставали ранним утром, прыгали по крыше, орали на крыльце, и их шум напоминал ему истории Лавкрафта о кошках Ултара. Сергей вставал, пускал их на веранду, кормил, топил камин, а потом и сам отправлялся в магазин за едой.
Весь ноябрь и зиму он злился на кошек, почти ненавидел их за беспокойство и шум. Когда в феврале пришли морозы, он открыл настежь дверь веранды, и все семеро котов собрались в доме. Двое из них просочились в помещение, хотя по расчётам Сергея щель была слишком мала — на удивление, один остался навсегда, второй убежал, когда потеплело. Долго Сергей сердился, думая, что кошки испортили ему зиму, но со временем понял, что именно они спасли его от депрессии.
Весной, где-то за поленницей в хозблоке, запищало. «Опять котята, даже смотреть не хочу», — подумал Сергей, но пошёл проверять. Оказалась Багира — черная, независимая кошка с зелёными глазами, мех которой казался зеленовато-чёрным. Сергей принес коробку с фланелью, сделал гнездо и отправился за лекарствами и кормом для кормящей матери. Котят оказалось четверо, у одного не открылись глазки — впервые с таким сталкивался Сергей. Он одолжил переноску у Надежды и возил малыша к ветеринару.
Так прошла весна, и вскоре котят нужно было раздавать. Сергей заранее подготовился: с первых дней снимал их на телефон и к середине мая смонтировал ролик в стиле «Animal Planet». Он даже учёл темпераменты: один котенок для сангвиника, второй для холерика, третий для флегматика, четвёртый для меланхолика.
Ролик выложили в соцсети, и Сергей продвигал котят среди знакомых. Надежда выбрала «сангвиника», у неё была старая кошка, что идеально подходило молодой поросли. Соня взяла «холерика», Маргарита — «флегматика». Меланхолика Сергей оставил себе, осознав, что такой проблемный котёнок лучше останется рядом.
Барбаросик, кот, оставшийся у Сергея с февраля, принял нового малыша и даже стал учить его охоте. Наутро с голодными кошками прибежала Надежда: оказалось, Багира сама разнесла котят, оставив только одного.
Сергей и Надежда поделили поселок и пошли искать оставшихся двух котят, оббегая дома, стучась в запертые калитки, прислушиваясь к любому звуку. Сергей отчаянно пытался найти их среди глухих заборов и шершавых досок, пока не выяснил, что Багира оказалась на удивление умной, распределив котят по домам в соответствии с их характером.
Даже если соседские дома выглядели населёнными, в них почти никогда никого не было, или жильцы намеренно игнорировали стук и звонки. Сергей переписывался с Надеждой, но и она не могла обнаружить оставшихся котят.
Сердце его почти опустело, когда к нему подошла высокая рыжеволосая девушка в зелёной куртке. Ранее он видел её, но познакомиться не решался: она казалась ему слишком яркой, словно из другого мира, постоянно меняла цвета одежды — то зелёное, то розовое, и Сергею казалось, что её интересы слишком «суетные», оторванные от реальности. С другой стороны, сотрудница архитектурного музея Соня тоже была близка ему по интересам, но её суетливость не раздражала — казалось естественной.
Девушка подошла, и Сергей не мог не заметить, как её натуральные рыжие кудри резко контрастировали с лаково-оранжевыми прямыми прядями Маргариты.
— Вы не котёнка ищете? — спросила она.
Оказалось, Багира принесла ей котёнка для холерика. Сергей рассказал историю с распределением по темпераментам, и Алиса, так звали девушку, была впечатлена:
— Я вам своего не отдам! — сказала она. — Но последнего искать помогу.
Так они начали обходить поселок вместе. Сергей с удивлением наблюдал, как уверенно и энергично Алиса звонила в калитки и стучала, иногда кричала через забор — громко, уверенно, без всякого внутреннего трепета. Сам он на такое не был способен.
Что удивительно, все немногие соседи, которые до этого никак не реагировали на Сергея, теперь открывали двери и выходили к Алисе, откликаясь на её зов.
Итак, четвертый котёнок был найден. Багира снова угадала темперамент, но ошиблась с человеком: котёнок попал к пожилому флегматичному мужчине, который медленно растягивал слова, глядя куда-то в небеса своими сонными, слегка белесыми глазами, и сообщил Алисе:
— Да, котёнок есть, он где-то заполз под крыльцо.
Под крыльцо с фонариком пришлось спускаться Сергею, и в итоге котёнок для флегматика отправился к Маргарите. Доставляли его вместе Сергей и Алиса.
Сергею доставляло особое удовольствие слегка «поддеть» Маргариту: он написал ей в Ватсап, что пришёл с котёнком не только к ней, но и со своей «невестой». Конечно, он сильно преувеличил, но в дальнейшем предсказание как будто сбылось. Маргарита, предельно флегматичная, не показала обиды, лишь нежно общалась с «черномордостью» котёнка.
А вот Соня, которой Сергей написал: «Извини, твоего котёнка я отдал своей девушке», устроила настоящий скандал, как и положено холерику: бурно, громко и эмоционально, не скрывая недовольства.
