Человек живёт ощущениями — их у нас пять. О шестом говорят как о чём-то особенном, почти мистическом, сродни дару. Есть оно не у всех, а про тех, у кого оно развито, обычно говорят: «Этот человек что-то чувствует заранее…»
Аня, выйдя с работы в пятничный вечер, решила заехать в магазины — закупить продукты на выходные и на предстоящую неделю.
Недавно получив повышение, Анюта, по природе ответственная и старательная, переживала, что пока не до конца справляется с новыми обязанностями. Приходилось задерживаться допоздна, чтобы быстрее войти в ритм и ничего не упустить.
К слову, о работе и том самом шестом чувстве. Когда она искала новое место, выписала себе три адреса. Два из них находились почти рядом. Выйдя из метро, Аня собиралась сначала зайти в ближайший офис, но вдруг — словно кто-то тихо подсказал — резко изменила решение и направилась по дальнему адресу.
И не ошиблась. Именно там она получила интересную, хорошо оплачиваемую работу.
Ещё в школе многие знали об её интуиции. Если в классе или во дворе затевалась какая-нибудь рискованная затея, взгляды неизменно обращались к Ане. Её решение было решающим: идти или отказаться.
О шестом чувстве напоминала ей и Лия Васильевна — учительница, с которой в седьмом классе произошёл случай, навсегда врезавшийся в память. Тогда Аня вдруг отказалась переходить дорогу на зелёный свет. Более того, она крепко схватила учительницу за руку и не дала сделать шаг. Лия Васильевна пыталась уговорить девочку, но в тот же миг на «зебру» вылетела машина и сбила мужчину…
Вот и сегодня Аня снова задержалась на работе. На улице стоял март — слякоть, грязь, серое небо. Понимая, что и следующая неделя будет напряжённой, она всё же решила не откладывать покупки и теперь, уставшая, с тяжёлыми пакетами, возвращалась домой.
Войдя в старый московский двор, она по привычке хотела пойти к подъезду по тротуару. Но краем глаза заметила освещённый вход на тропинку, давно протоптанную жильцами.
Дорожка шла через кусты, по газону, и заметно сокращала путь. Конечно, в мартовскую распутицу лучше держаться асфальта, но усталость, тяжёлые сумки и желание поскорее добраться домой сделали своё дело.
Аня свернула на тропинку. Пройдя примерно половину пути, она зацепилась ногой за что-то — то ли за миску, то ли за бутылку. Она остановилась, посмотрела под ноги и увидела отброшенную пластиковую банку с остатками каши.
И тут же заметила рядом, на размокшем куске картона, двух крошечных котят. Они дрожали от холода, тесно прижавшись друг к другу, с испачканными кашей мордочками.
«Господи… наверное, и им сегодня досталось», — мелькнула мысль.
То ли чувство вины, то ли то самое шестое чувство подсказали ей: если этих двух бедолаг сейчас не согреть, холодную ночь они вряд ли переживут.
Засунув котят прямо в пакеты с продуктами, Аня поспешила домой, почти не чувствуя усталости.
Уже в прихожей, присев на тумбочку и увидев, как из пакетов выбираются два мокрых, дрожащих комочка, девушка начала тихо ругать саму себя.
Ну вот, только котят ей и не хватало. Ведь жизнь была такой спокойной, понятной, разложенной по полочкам. Всё шло по плану. Но нет — то повышение, которого она совсем не ждала так рано, то вот это рыже-чёрное недоразумение. А ведь могла пройти мимо. Или всё-таки не могла?
Рука не поднялась выбросить обратно малышей, которые уже поверили в чудо. Рыжий котик получил имя Пушок, чёрная кошечка стала Багирой.
Забота о котятах неожиданно помогла Ане собраться — и морально, и физически. Не только с ними, но и на работе всё постепенно начало налаживаться. Времени на самокопание просто не оставалось: она делала то, что могла и что было необходимо.
Прошло три месяца. Жизнь вошла в привычное русло. В один из тёплых майских вечеров Аня, закончив домашние дела, наконец опустилась в кресло, чтобы немного отдохнуть.
Рыже-чёрная парочка тут же устроилась у неё на коленях, споря за самое удобное место. Наблюдая за этой вознёй, девушка вдруг вспомнила, как её любимая учительница литературы, Лия Васильевна, всегда привечала всех дворовых кошек.
Аня задумалась. Она давно не звонила учительнице. Когда училась в университете, они часто общались, Аня делилась впечатлениями, новостями. Потом звонки стали редкими.
Она знала, что единственный сын Лии Васильевны сразу после мореходки уехал во Владивосток, что сама учительница перебралась в Керчь и купила небольшой домик у моря. И каждый раз приглашала Аню в гости.
Девушка взяла телефон и набрала номер.
— Добрый вечер, Лия Васильевна!
— Добрый, Анечка! Как рада тебя слышать, — ответила учительница, и в её голосе Аня уловила болезненную усталость.
— Лия Васильевна, у вас всё хорошо? — встревожилась она.
— Да так, приболела немного. Сердце шалит, давление скачет, но ничего, таблетки под рукой, — поспешила успокоить её учительница.
Обсудив последние новости и услышав привычное приглашение в гости, Аня пожелала Лии Васильевне скорейшего выздоровления и закончила разговор.
Ночью ей приснился тревожный сон: Лия Васильевна пыталась открыть окно, задыхалась, рука не слушалась, не могла повернуть ручку. Она обернулась к Ане, и по её лицу текли слёзы.
Проснувшись около трёх ночи, Аня сразу позвонила Вадиму, у которого мама работала на железной дороге. Получила заслуженные упрёки за ранний звонок, но, объяснив ситуацию, настояла на помощи.
Уже через три часа Аня с переноской, в которой сидели котята, и сумкой с вещами садилась в поезд. Рано утром следующего дня она вышла из такси возле дома Лии Васильевны.
По садовой дорожке Аня уже не шла — она бежала, заметив приоткрытую дверь и что-то белеющееся на полу.
Лия Васильевна лежала без сознания, так и не переступив порог, но дышала. Аня тут же вызвала скорую и поехала вместе с ней. В больнице врач сказал, что всё будет хорошо: инсульт, но помощь пришла вовремя. Если бы Аня опоздала хотя бы на полчаса, последствия могли быть куда тяжелее.
Вернувшись из больницы, девушка позвонила начальнику, объяснила ситуацию и попросила оформить отпуск по семейным обстоятельствам.
Через три недели Лию Васильевну выписали. Аня встретила её и привезла домой.
— Анечка, ты что же, всё это время здесь жила? — удивилась учительница, оглядывая аккуратный дом и ухоженный двор.
— Да. Я в отпуске была, через пару дней уезжаю. Только переживаю, как вас одну оставить, — призналась Аня.
— Я уже созвонилась с Димочкой, он сам не может — служба. А вот Катенька, невестка, приедет завтра с внуком. Так что не волнуйся, за мной присмотрят. Да и я ещё не развалина — врачи постарались, на ноги поставили. Ты лучше скажи, как ты здесь так вовремя оказалась?
Выслушав рассказ Ани о странном сне и внезапном решении приехать, Лия Васильевна улыбнулась.
— Ты ж моё шестое чувство… Спасибо тебе.
Она подошла, обняла Аню и поцеловала в макушку. А рядом кружились два хвостика — рыжий и чёрный, словно подтверждая, что и для них Аня стала их шестым чувством.
