Игорь открыл глаза за два часа до важного созвона. Уже один этот факт многое говорил о его состоянии.
Обычно поднять его раньше сигнала будильника было почти невозможно. Но сегодня ровно в десять утра ему предстояло выступать перед генеральным директором холдинга с квартальным отчётом. Организм начал переживать ещё до того, как сам Игорь окончательно проснулся. Желудок неприятно сжимался, хотя мысли пока удавалось держать под контролем.
Тимон, серый британский кот с круглыми глазами медного оттенка и повадками полковника в отставке, безмятежно спал на кровати. Развалился на спине, раскинул лапы и всем своим видом показывал, что никакие квартальные показатели и суровые руководители его совершенно не волнуют.
Наверное, ему снилась рыба.
Или птица, которую он вчера долго высматривал за окном.
А возможно, вообще ничего. Коты, вероятно, обладают удивительной способностью просто спать, ни о чём не тревожась, и Игорь сейчас с удовольствием перенял бы у Тимона этот талант.
Он отправился в душ, тщательно побрился и надел чистую белую рубашку.
Ниже пояса решил ничего не менять: остался в спортивных штанах и домашних тапках, причём на одном из них возле левого мизинца красовалась небольшая дырка.
Камера всё равно покажет только лицо и верхнюю часть туловища.
А всё, что находилось ниже, оставалось личным делом Игоря и его совести.
Рабочее место он оборудовал на балконе, который давно превратил в небольшой кабинет.
Игорь сел за стол, аккуратно разложил необходимые бумаги, поставил рядом стакан воды, открыл презентацию и ещё раз проверил технику.
Звук был.
Микрофон работал.
Камера тоже не подвела.
На экране отображался вполне солидный тридцатипятилетний мужчина в белой рубашке, а за его спиной виднелась книжная полка.
На ней стояло несколько изданий по маркетингу, томик Чехова и керамическая фигурка совы, которую когда-то подарила мама.
Сова смотрела на мир с таким мудрым выражением, что Игорю оставалось надеяться лишь на одно: самому выглядеть хотя бы вполовину настолько же уверенно.
— Ну, начинаем, — произнёс он вслух.
Ответом ему была тишина.
Тимон продолжал спать.
За три минуты до начала Игорь сделал несколько глотков воды и трижды глубоко вдохнул.
Пальцы едва заметно дрожали.
Дело было даже не в страхе.
Это было совсем другое напряжение — то самое, которое появляется, когда прекрасно понимаешь: следующие сорок минут вполне способны определить твоё профессиональное будущее.
Либо долгожданное повышение.
Либо всё останется по-прежнему, и он продолжит занимать своё привычное место в дальнем углу открытого офиса.
Вернее, пока на собственном балконе.
Но принципиальной разницы Игорь в этот момент не видел.
Ссылка на видеоконференцию стала активной.
На мониторе начали один за другим появляться небольшие окна с лицами участников.
Финансовый директор Светлана Андреевна с безупречно уложенным каре.
Руководитель отдела продаж Вадим, у которого верхняя пуговица рубашки словно принципиально никогда не застёгивалась.
Затем подключились ещё четверо коллег.
Оставалось главное окно.
Пока оно было тёмным.
Через несколько секунд изображение появилось и там.
Алексей Петрович Громов.
Генеральный директор.
Серебристая седина на висках, тонкая оправа очков и внимательный взгляд человека, которому за годы работы довелось выслушать тысячи презентаций, но действительно запомнил он, вероятно, лишь несколько.
— Доброе утро. Игорь, готовы начинать? — спокойно спросил Алексей Петрович.
Голос звучал совершенно ровно, однако Игорь прекрасно понимал: за внешним спокойствием генерального скрывается нежелание тратить хотя бы одну лишнюю минуту.
— Готов, Алексей Петрович.
Игорь включил первый слайд и приступил к докладу.
Первые пару минут всё складывалось идеально.
Цифры.
Графики.
Четырнадцатипроцентный рост конверсии.
Он говорил уверенно и размеренно, не тараторил и вовремя делал небольшие паузы.
В какой-то момент Игорь даже сам удивился тому, насколько спокойно звучит его голос.
И тут с другой стороны двери раздался едва заметный толчок.
Что-то мягкое, но чрезвычайно настойчивое пыталось проникнуть внутрь.
Игорь ничего не заметил.
Он как раз дошёл до четвёртого слайда с диаграммой, над которой просидел почти весь вторничный вечер.
Дверь на балкон была прикрыта, но защёлкивать её Игорь не стал.
Тимон давно освоил искусство открывания таких дверей с ловкостью опытного взломщика и абсолютной уверенностью существа, которому принадлежит вся квартира.
Кот подцепил дверь лапой.
Она медленно приоткрылась.
Тимон неторопливо вошёл в кабинет, словно важный зритель, заранее купивший лучшее место в первом ряду.
Сначала обогнул хозяйский стул.
Потом внимательно осмотрел ножку стола.
Обнюхал провод зарядного устройства.
После чего решил подняться наверх.
Игорь заметил какое-то движение краем глаза.
Но реагировать было уже поздно.
Тимон оказался на столе.
Он остановился точно между стаканом воды и аккуратно сложенными документами и уставился прямо в объектив с таким серьёзным выражением, словно именно ему предстояло отчитываться перед руководством холдинга.
— …а теперь, если обратить внимание на показатели третьего месяца… — начал Игорь и неожиданно сбился.
На собственном экране он увидел огромную серую кошачью морду, занявшую едва ли не половину кадра.
Тимон спокойно уселся.
Повернулся к камере точно анфас.
А затем, совершенно не интересуясь важностью происходящего совещания, принялся тщательно умываться.
Тимон умывался неторопливо и основательно, с той величественной невозмутимостью, которая могла бы принадлежать императору.
Сначала левая лапа прошлась за ухом, потом опустилась по щеке, затем снова вернулась наверх. Глаза кот прикрыл наполовину, наслаждаясь процессом так, словно вокруг не существовало ни презентации, ни руководства, ни квартальных показателей.
Из квадратика Вадима донёсся кашель.
Игорь сразу понял, что тот вовсе не кашляет.
Это был плохо спрятанный смех.
Щёки моментально залило жаром.
Стараясь не дёргаться и не привлекать к происходящему ещё больше внимания, Игорь медленно протянул руку и попытался аккуратно подвинуть Тимона в сторону.
Кот сначала посмотрел на ладонь.
Потом перевёл взгляд на хозяина.
После этого совершенно спокойно завалился на бок, прижался спиной к Игоревой руке и вытянул передние лапы.
Уходить Тимон явно не планировал.
Он ведь только что пришёл.
— Игорь, — вдруг прозвучал голос Алексея Петровича.
Игорь застыл.
Вот сейчас и начнётся.
Замечание.
Недовольство.
Что-нибудь вроде: «У нас серьёзное совещание, а не домашний цирк».
Он уже мысленно собирал подходящую фразу для извинения, но услышал совсем другое:
— Это ваш кот?
— Д-да, Алексей Петрович. Простите, сейчас уберу его.
Громов чуть приблизился к экрану.
— Хорош. Какая порода?
— Британец.
— Пусть остаётся. Такой талисман мне нравится.
И Алексей Петрович Громов, которого за последние несколько лет никто на рабочих планёрках почти не видел улыбающимся, едва заметно приподнял уголок губ.
Светлана Андреевна шумно выдохнула.
Вадим перестал изображать кашель и уже совершенно открыто улыбнулся.
Один из коллег даже включил микрофон.
— Какой роскошный кот!
Тимон словно понял, что публика полностью перешла на его сторону.
Он прекратил умываться и повернулся точно к камере.
Два медных глаза чуть сузились.
Во взгляде читалось абсолютное, почти вселенское безразличие ко всем квартальным отчётам мира.
Игорь попытался вернуться к работе.
Переключился на пятый слайд, собрал разбежавшиеся мысли и приготовился продолжить.
Но Тимон положил переднюю лапу прямо на клавиатуру.
На экране вспыхнул чат.
Через секунду в общем окне конференции появилось сообщение от пользователя «Игорь Сомов»:
«ааааааааааааааааааааааааааааа»
Наступила пауза.
Затем на клавиатуру опустилась вторая лапа.
Появилось ещё одно сообщение:
«hhhhhhhhhhhhggggggggg»
— Это не я, — поспешно произнёс Игорь, хотя объяснять происходящее было совершенно незачем.
Все прекрасно видели виновника.
Вадим согнулся от смеха.
Светлана Андреевна прикрыла ладонью рот, но её плечи заметно подрагивали.
Даже Громов снял очки и начал протирать стёкла.
Для него это, похоже, было максимально допустимой формой веселья на рабочем совещании.
А Тимон тем временем решил окончательно освоить рабочее место.
Он растянулся прямо на клавиатуре.
Мягкий серый живот накрыл почти половину кнопок.
Ноутбук неожиданно отключил звук.
Микрофон тоже перестал работать.
Игорь увидел на экране, как Алексей Петрович продолжает что-то говорить, но не услышал ни единого слова.
Он поспешно попытался поднять кота.
Тимон моментально прижал уши и зацепился когтями за край ноутбука.
— Тимон, — почти беззвучно произнёс Игорь. — Тимон, ну пожалуйста.
Кот широко зевнул.
Продемонстрировал розовую пасть, маленькие белые клыки и выражение существа, которому совершенно некуда торопиться.
Потом всё-таки сдвинулся примерно на полсантиметра.
Звук внезапно вернулся.
— …вот это я понимаю, настоящее средство от стресса! — как раз закончил Алексей Петрович.
Игорь впервые услышал в голосе генерального не привычную сухую деловитость, а совершенно неожиданное человеческое тепло.
Оставшуюся часть выступления пришлось проводить вместе с Тимоном.
Кот устроился рядом с ноутбуком, свесив хвост через край стола.
Иногда он медленно поднимал голову и поглядывал в объектив, словно проверял, не потеряла ли аудитория интерес.
Аудитория не потеряла.
Более того, Игорь вдруг заметил, что атмосфера изменилась.
Коллеги стали активнее задавать вопросы.
И вопросы звучали действительно по существу, без привычного напряжения и желания продемонстрировать собственную важность.
Когда доклад закончился, Громов кивнул.
— Хорошая работа, Игорь. Показатели убедительные. Но должен признаться: кота вашего я, скорее всего, запомню лучше самой презентации.
— Спасибо, Алексей Петрович.
— А покажите-ка его поближе.
Игорь посмотрел на Тимона.
Тимон посмотрел в ответ.
В медных глазах легко читалось высокомерное разрешение.
Игорь осторожно подхватил кота под мягкий живот и поднял, словно ребёнка.
Тимон сопротивляться не стал.
Наоборот, вытянул шею и ткнулся носом прямо в объектив камеры.
В результате на экранах участников появилась гигантская размытая серая морда с усами.
Громов рассмеялся.
Коротко.
Сдержанно.
Но совершенно по-настоящему.
— Отлично. Всем хорошего дня.
Один за другим квадратики участников начали исчезать.
Игорь поставил Тимона на пол.
Несколько секунд просто сидел молча.
Потом выдохнул.
И неожиданно сам рассмеялся.
Смеялся долго, пока не заболел живот.
Примерно через неделю курьер привёз небольшую посылку.
Она была завёрнута в крафтовую бумагу.
Обратного адреса на упаковке не оказалось.
Игорь раскрыл свёрток.
Внутри лежала маленькая серая игрушечная мышь на верёвочке. Вместо глаз у неё были пришиты бусины.
Рядом находилась записка на плотной бумаге.
Текст был написан от руки аккуратным почерком:
«Вашему талисману за лучший антистресс-момент квартала. А. П. Громов».
Игорь несколько секунд вертел мышку в руках.
Потом положил её на пол.
Тимон появился примерно через три секунды.
Подошёл.
Принюхался.
Осторожно тронул игрушку лапой.
Мышь качнулась.
Кот мгновенно прижал уши и отскочил.
Постоял немного.
Потом снова подкрался.
На этот раз схватил мышь зубами и утащил под диван.
Через несколько секунд вернулся.
Посмотрел на Игоря.
После чего снова исчез под диваном.
Спустя час игрушка уже лежала посреди кухни.
Мокрая, потрёпанная и заметно утратившая первоначальный вид.
Ещё через неделю началось очередное рабочее совещание.
Громов подключился одним из первых и сразу спросил:
— А где наш талисман?
Игорь улыбнулся, подозвал Тимона и посадил его рядом с ноутбуком.
Кот спокойно устроился на столе, положил голову на передние лапы и прикрыл глаза.
Алексей Петрович удовлетворённо кивнул.
— Вот теперь можно начинать.
И совещание началось.
С того дня Тимон стал практически постоянным участником рабочих созвонов.
У него даже появилось официальное место.
Игорь купил синюю подушку и положил её справа от ноутбука, рассчитывая, что теперь кот перестанет разваливаться на клавиатуре.
Тимон подушку одобрил.
Но периодически всё равно перебирался на кнопки.
Словно считал необходимым напоминать окружающим, кто в этой конференции главная знаменитость.
Вадим из отдела продаж вскоре обзавёлся новой традицией.
Каждый свой доклад он начинал одной и той же фразой:
— Прежде чем переходить к цифрам, хочу отметить, что сегодня Тимон особенно хорош.
Однажды Светлана Андреевна тоже решила не отставать и принесла к компьютеру свою таксу.
Собака заглянула в камеру.
Один раз громко гавкнула.
А потом моментально убежала.
Тимон даже ухом не пошевелил.
Его подобные конкуренты совершенно не беспокоили.
А Игорь в итоге получил повышение.
Разумеется, причиной был не кот.
Повышение он заслужил благодаря четырнадцатипроцентному росту конверсии, удачной стратегии и хорошим результатам работы.
Но когда Игорь вечером позвонил матери и рассказал новость, та первым делом спросила:
— А Тимону премию дали?
Игорь повернул голову.
Тимон спал на своей синей подушке.
Серую игрушечную мышь с бусинками вместо глаз он прижал передними лапами к животу.
Одна лапа свисала с края стола и слегка покачивалась в ритме спокойного дыхания.
Игорь улыбнулся.
— Дали, — ответил он. — Пожизненную.
