В один из погожих летних дней под платформой железнодорожной станции небольшого старинного подмосковного городка появилась совсем юная кошечка — белоснежная, пушистая, с рыжей спинкой и аккуратной «шапочкой» на голове.
Маленькой беспризорнице, можно сказать, повезло. Её не раздавили тяжёлые железные чудовища, с грохотом приходившие и уходившие со станции, не затоптали вечно спешащие пассажиры, как это случалось с менее удачливыми собратьями, которым не посчастливилось оказаться здесь.
Откуда она взялась — оставалось только гадать. Вероятно, как и многие другие, внезапно появлявшиеся и так же бесследно исчезавшие бывшие домашние любимцы, она была когда-то выброшена или потеряна.
Под платформу кто-то из железнодорожных рабочих однажды бросил насквозь пропитанную машинным маслом фуфайку и вскоре забыл о ней. Для кошечки эта старая одежда стала мягкой постелью и надёжным убежищем. Там, свернувшись клубочком, словно фарфоровая куколка, она пряталась от всего мира.
Так и жила осторожная, недоверчивая красавица в своём укрытии, избегая лишних глаз и страдая летом не столько от голода, сколько от мучительной жажды.
Когда терпеть стало совсем невмоготу, кошка, преодолев страх, поддалась соблазнительным запахам, тянувшимся от вокзального буфета, и рискнула пробраться в небольшое здание станции.
Хотя к тому времени она была уже грязной, исхудавшей и взъерошенной, её врождённая красота всё равно упрямо проступала сквозь следы тяжёлой бродячей жизни.
Кошка ходила между людьми, заглядывая им в лица голодными глазами. Именно такой её впервые заметили старший кассир Тамара и её напарница Галина.
— А это у нас что за кукла? — с улыбкой сказала Галя.
С её лёгкой руки у бездомной кошки появилось неожиданно нежное имя — Кукла.
Пассажиры реагировали на неё по-разному. Кто-то, сжалившись, отламывал кусочек пирожка из буфета или делился домашней едой, припасённой в дорогу. Другие же, морщась, отодвигали кошку ногами и гнали прочь, боясь испортить себе аппетит. Кукла быстро научилась различать таких людей и поняла: от равнодушных и раздражённых ждать добра опасно. Их она боялась и старалась обходить стороной.
Получив лакомый кусочек, кошка тут же уносила его в укромное место. Если еды хватало, она засыпала в своём тайнике под платформой, убаюканная привычным шумом прибывающих и уходящих поездов.
Тамара начала делиться с Куклой своим обедом. Однажды, проследив, куда та убегает, молодая женщина принесла миску с водой и поставила её в кошачьи «апартаменты».
Постепенно и другие сменщицы стали тайком подкармливать Куклу, стараясь, чтобы об этом не узнал начальник станции — суровый Евграф Семёнович, много лет служивший здесь и живший строго по инструкциям. Между собой сотрудники в шутку называли его Полиграфом.
Он категорически запрещал кормить бездомных животных на территории станции. Однажды, заметив Куклу в зале ожидания, начальник устроил такой разнос персоналу, что кошка потом два дня не решалась выбраться из-под платформы.
И всё же у требовательного и педантичного Евграфа Семёновича была слабость — его маленькая собачка Муля, любившая хозяина ещё сильнее, чем он сам обожал своё белое лохматое сокровище.
Муля следовала за «папочкой» повсюду, если только не ехала у него на руках. Она была жутко ревнивой и не терпела других животных рядом с хозяином, мгновенно прогоняя любого «конкурента». За это собачку считали злюкой.
Жена начальника, Венера Петровна, была полной противоположностью мужа. Невысокая, хрупкая, раньше она работала балетмейстером в местном Доме культуры, но после серьёзной травмы ноги стала ходить с тростью и занялась исключительно домом. Детей у супругов не было.
Венера души не чаяла в своей лохматой «дочке» и грустила, что Муля уходит с мужем на работу, оставляя её одну на целый день. Иногда она приходила на станцию, чтобы порадовать супруга ещё тёплыми домашними пирожками с печёнкой.
Муля обожала эти пирожки и уплетала их с молниеносной скоростью, но, изображая важность, не спешила показывать радость хозяйке и держалась на расстоянии — вдруг унесёт домой.
Служащие станции настолько привыкли к собачке Полиграфа, что уже не представляли их по отдельности. В кабинете начальника для Мули всегда стояла полная миска. Единственное, что ей запрещалось, — выходить в зал ожидания.
Избалованная и своенравная Муля жила беззаботно, даже не подозревая, что жизнь может быть совсем другой.
Больше всех Куклу жалела Тамара. С детства любя животных, она всё же не могла взять кошку к себе — властная свекровь и слышать не хотела о питомцах в доме.
Со временем Кукла доверилась только этой женщине с добрыми глазами и тёплыми мягкими руками, позволяя себя гладить и даже брать на руки.
Так и текла жизнь станционной кошки, пока поздней осенью из ближайших домов не объявился галантный кавалер — серый полосатый кот с длинными лапами и роскошным хвостом, который он невероятно распушал, важно расхаживая перед Куклой.
И вскоре, забившись под широкую скамью в зале ожидания, холодным зимним утром кошка родила трёх котят.
К счастью, это произошло в Тамарину смену, в воскресенье, когда начальник был выходной.
Пожалев бродяжку с малышами, кассиры на свой страх и риск поселили кошку в небольшой каморке, которую Полиграф называл архивом. Там десятилетиями стояли огромные коробки с никому не нужными бумагами. В одну из них, устелив дно тряпками, и устроили Куклу с котятами.
Рано утром, пока начальника ещё не было, кошку выпускали на улицу. Вечером, когда Полиграф уходил домой, прогулку повторяли. Кукла быстро делала свои дела, немного разминала лапы и возвращалась обратно. Все об этом знали, но молчали, а начальник, казалось, ни о чём не догадывался.
Однажды утром, когда котята ещё не открыли глаз, Кукла, как обычно, вышла на прогулку. Возвращаясь к детям по свежему снегу, она заметила, что к платформе подошла электричка, которая по выходным обычно была пустой.
Из вагона вышла группа молодых людей с лыжами и рюкзаками — студенты, приехавшие на местную турбазу.
Один из парней неожиданно подкрался сзади, схватил Куклу, обнюхивавшую снег, и закинул её в открытые двери поезда.
— Счастливого пути! — крикнул он, дурачась.
Кукла в ужасе метнулась к выходу, пытаясь выпрыгнуть обратно, но двери захлопнулись прямо перед её мордочкой, и электричка тронулась с места. Кто-то из ребят рассмеялся, а остальные недовольно посмотрели на шутника.
На платформе осталась маленькая девушка в очках и зелёной шапке с забавным помпоном. Она прижала руки к груди и смотрела вслед уходящему поезду.
— Петька, ты вообще понимаешь, что натворил? А если у неё котята остались? Или её кто-то ищет? Вдруг у неё были хозяева и дома сейчас плачут дети! Если бы я знала, что ты такой…
— Свет, да перестань. Я же просто прикололся. Ничего с ней не случится. Скорее всего, она бродяжка. Зато в электричке тепло.
— А если бы с тобой так поступили?
— Всё, хватит. Забудь. Давай я рюкзак твой понесу.
— Не надо мне ничего нести и вообще не подходи ко мне больше со своими идиотскими шутками. Клоун!
— Ребята, всё, заканчиваем, — вмешался высокий парень. — Пошли, а то на завтрак опоздаем.
Компания двинулась дальше. Света украдкой вытерла слёзы — поездка для неё была безнадёжно испорчена.
Кукла так и не вернулась. Обеспокоенные кассиры волновались, бегали в перерывах её искать, но кошка словно растворилась. Не появилась она и к вечеру. Женщины тайком отправили уборщицу тётю Шуру за молоком и пипетками.
Тем временем голодные котята в каморке начали пищать. Их жалобный писк услышала вездесущая Муля. Разобравшись, откуда доносится звук, она вбежала в кассу, начала скулить и царапать дверь кладовки.
Женщины сидели как на иголках: ещё немного — и хозяин услышит шум, придёт, и всё вскроется. Тогда можно было забыть не только о премии, но и о спокойной работе.
Ситуация становилась всё опаснее. Тамара решилась открыть дверь, и Муля тут же бросилась к коробке под полками.
Постояв пару секунд, собачка неожиданно запрыгнула к копошащимся котятам и улеглась рядом. Малыши мгновенно притихли, зарывшись в тёплую густую шерсть.
Через полчаса по станции уже метался взволнованный начальник, разыскивая свою пропавшую любимицу. Он обошёл все служебные помещения, не переставая звать Мулю, уверенный, что она обязательно отзовётся. Но собачка упорно молчала…
Рабочий день давно закончился, но Евграф Семёнович не мог уйти домой без неё. Он сидел в кабинете, обхватив голову руками, позвонил жене и сообщил, что задержится из-за внештатной ситуации, после чего снова отправился на поиски. Когда он позвал Мулю у кассы, она радостно откликнулась.
Увидев собаку в коробке с котятами, Полиграф побледнел от ярости — разразился настоящий шторм.
Он попытался забрать рычащую Мулю домой, но та сопротивлялась и не желала покидать своё новое место. В конце концов ему удалось поднять её на руки. Уходя, он строго заявил, что завтра этого безобразия здесь быть не должно, а виновные понесут суровое наказание.
Котят напоили тёплым молоком. Никто не решился вынести коробку с тремя крохотными жизнями на мороз. Сотрудники договорились: отвечать будут все вместе, ведь коллектив — сила.
Дома Евграф Семёнович так ничего и не рассказал жене, как бы она ни допытывалась, чувствуя неладное. Муля плакала, отказывалась от еды и всю ночь пыталась вырваться на улицу, в знак протеста устроив беспорядок на полу — такого за ней раньше никогда не водилось.
Начальник молчал упрямо.
Наутро Муля убежала на вокзал одна, не дождавшись хозяина. Теперь Венера Петровна окончательно поняла: произошло что-то серьёзное.
Служащие станции стеной встали на защиту беспомощных котят, проявив редкое единодушие. Начальник, ошеломлённый такой сплочённостью, ломал голову, как ему быть.
А тем временем его любимица Муля, совершенно довольная, лежала в коробке и заботливо вылизывала прижавшихся к ней малышей.
Студенты, вдоволь накатавшись на лыжах, возвращались вечером в Москву. На платформе Белорусского вокзала Света заметила в свете фонарей у скамьи маленькую кошачью фигурку, съёжившуюся на снегу.
Она сразу узнала ту самую кошку, которую однокурсник закинул в электричку. Это была она. Не раздумывая, Света решила немедленно отвезти её обратно — в общежитие взять животное она не могла.
— Саша, пожалуйста, возьми мои лыжи и рюкзак, я потом заберу, — попросила она.
— Хорошо. А ты куда? — удивился старший группы.
— Мне очень нужно. Потом объясню…
Подойдя к кошке, девушка осторожно взяла её на руки и спрятала под тёплую куртку. Замёрзшая Кукла даже не сопротивлялась.
Когда они вышли на нужной станции, отогревшаяся кошка сразу побежала к вокзалу. Света поспешила за ней.
В это же время начальник станции вновь пытался увести Мулю домой, но собачка отчаянно сопротивлялась и, извернувшись, слегка цапнула его за руку.
Кукла вбежала в кассу и бросилась к своим котятам. Муля великодушно позволила ей забраться в коробку, но сама уходить отказалась. Тамара всё рассказала Свете, а та поведала, что произошло с кошкой.
Вскоре прибежала взволнованная, раскрасневшаяся от мороза Венера Петровна. Муж не возвращался с работы и не отвечал на звонки. Женщина смотрела на происходящее, ничего не понимая.
Выслушав всю историю, она подошла к мужу:
— Почему ты мне сразу ничего не сказал?
Он молчал, виновато опустив глаза.
— У тебя сумка хозяйственная с собой? — строго спросила Венера.
— Да…
— Принеси.
— Зачем?
— Затем, что я забираю этих несчастных домой. Им здесь не место. Даже наша Муля всё поняла и пожалела их.
Евграф Семёнович попытался было возразить, но маленькая и хрупкая Венера умела быть непреклонной. Не прошло и часа, как Кукла с котятами оказались в тёплом, уютном доме.
Муля, ставшая главной нянькой, радовалась больше всех.
Через месяц свекровь Тамары неожиданно вышла замуж и переехала к мужу. Тамара забрала у Венеры Петровны сразу двух котят.
Теперь Кукла счастливо живёт у своих хозяев вместе с дочкой Грушей и лучшей подругой Мулей. Собачка, как и прежде, ходит с хозяином на работу, а Кукла с Грушей ждут их дома рядом с хозяйкой.
Кукла и вправду появилась на свет под счастливой звездой. Иначе как объяснить, что на пути никому не нужной кошки оказалась маленькая собака Муля с большим сердцем и столько добрых людей, что целый коллектив встал на защиту её беспомощных малышей.
