В предгорьях Сихотэ-Алиня, там, где кедровые леса тянутся к сопкам, а утренние туманы стелются по распадкам, стоял лесной кордон. Небольшой рубленый домик с верандой и огородом, за которым сразу начиналась бескрайняя тайга. Здесь уже два десятка лет жил лесник Егор Кузьмич, которого все вокруг звали просто дядей Егором. Он знал эти места лучше собственного двора: помнил, где зимуют медведи, где держатся кабаны и по каким тропам проходит редкий амурский тигр.
С ним жила собака по кличке Белка — крупная, лохматая дворняга с торчащими ушами и вечно весёлым хвостом. Пять лет назад Егор нашёл её в лесу совсем щенком: замёрзшую, брошенную, едва живую. Выходил, выкормил, и с тех пор они были неразлучны. Белка сопровождала хозяина в обходах, помогала замечать зверей и чувствовала опасность задолго до её появления. А дома оставалась просто преданным другом.
Тем утром Егор собирался объехать дальние участки. Собрал рюкзак, взял ружьё и позвал Белку. Но собака почему-то не пошла за ним. Она стояла у калитки, напряжённо глядя в сторону леса, и тихо поскуливала.
— Что с тобой, Белка? — удивился Егор. — Пошли, дел полно.
Но Белка не двинулась. Она оглянулась на хозяина, потом метнулась к дому, снова вернулась к калитке и опять побежала обратно. Будто пыталась куда-то его позвать.
— Что случилось? Показывай, — нахмурился лесник.
Собака рванула в сторону тайги, время от времени оборачиваясь, и Егор пошёл следом.
Они шли несколько часов. Белка уверенно вела его через бурелом, ручьи и заросли папоротника. Наконец впереди показалась небольшая пещера у скалы. У входа собака остановилась и жалобно заскулила.
Егор заглянул внутрь и замер.
На подстилке из сухой травы лежали трое тигрят. Совсем маленькие, полосатые, с голубыми глазами. Они тесно жались друг к другу, дрожали и тихо попискивали. Рядом виднелись следы крови и клочья шерсти. Тигрицы нигде не было.
— Вот это да… — тихо выдохнул Егор. — Белка, где ты их нашла?
Собака подошла к одному тигрёнку, осторожно лизнула его, и малыш сразу притих, прижавшись к ней.
Лесник всё понял без слов. Тигрица пропала. Возможно, она ушла и не вернулась, а может, в тайге случилась какая-то беда. Но тигрята остались совсем одни. Ещё несколько дней — и они бы не выжили.
— И что мне теперь с вами делать? — растерянно пробормотал он.
Белка смотрела на него так, словно просила о помощи.
— Ладно, — наконец сказал Егор. — Пойдём домой. Все вместе.
Он осторожно уложил тигрят в рюкзак и отправился обратно. Белка бежала рядом, постоянно заглядывая внутрь и облизывая малышей.
Так началась их странная история.
Дома Егор устроил тигрят в сарае на сене. Белка тут же легла рядом, и малыши сразу прижались к ней, словно к настоящей матери. Они тыкались носами, искали молоко. Молока у Белки не было, но она грела их, вылизывала и успокаивала.
— Ну ты и мать-героиня, — усмехнулся лесник.
Он съездил в деревню за козьим молоком и кормил тигрят из соски. Те жадно пили, захлёбываясь. Белка сидела рядом и внимательно следила, чтобы никто не остался без своей порции.
Тигрята росли быстро. Уже через месяц они носились по двору, играли с Белкой, кусали её за уши и катались по траве. Собака терпеливо всё сносила, лишь иногда ворчала, когда малыши начинали слишком шалить.
Егор только качал головой.
— Белка, да ты у меня чудо. Настоящих тигров вырастила.
К осени тигрята уже выросли до размеров крупных собак. Их всё сильнее тянуло в лес. Они уходили всё дальше, но неизменно возвращались обратно. Белка бегала вместе с ними, будто продолжая опекать своих приёмышей.
Егор понимал: однажды они уйдут окончательно. Дикие звери не могут жить рядом с человеком вечно. Но пока они были рядом, он радовался каждому дню.
Прошло два года.
Тигрята превратились в огромных сильных тигров — красивых, мощных, с жёлтыми глазами и густой полосатой шерстью. Они редко появлялись на кордоне, но иногда всё же приходили: ложились у крыльца, позволяли Егору погладить себя. Белка встречала их как родных, обнюхивала и радостно крутилась рядом.
Однажды вечером Егор возвращался домой по лесной тропе. Смеркалось, моросил дождь. Вдруг позади послышались шаги.
Он обернулся. Трое мужчин.
— Дед, деньги есть? — грубо спросил один.
— Нет, — спокойно ответил лесник. — Я лесник. Пенсия небольшая.
— Врёшь, — второй шагнул ближе. — Сейчас проверим.
Он вырвал рюкзак из рук Егора. Лесник попытался остановить его, но получил удар и упал.
— Обыщи его, — бросил первый.
В этот момент лес разорвал тяжёлый рык.
Из кустов вышли три тигра.
Огромные, полосатые, молчаливые. Они окружили Егора и уставились на незваных гостей.
— Тигры! — закричал один из мужчин.
— Бежим!
Они бросились прочь, ломая кусты и теряя вещи. Тигры даже не двинулись следом.
Самый крупный зверь подошёл к Егору и осторожно лизнул его в щёку. Тот самый тигрёнок, которого он когда-то кормил из соски.
— Ребята… — прошептал Егор. — Вы меня помните?
Тигр тихо уркнул и лёг рядом. Остальные тоже подошли ближе.
Из леса выскочила Белка. Она радостно носилась вокруг, будто собирала всю свою семью вместе.
Егор сидел рядом с тиграми и не скрывал слёз.
— Спасибо… Спасибо, что не забыли…
После той истории тех людей больше никто не видел. Ушли ли они из этих мест или затерялись в тайге — никто не знал.
А тигры стали приходить чаще. Они больше не боялись подходить к дому. Белка по-прежнему бегала рядом с ними, будто оставалась их вожаком.
— Вот ведь семья получилась, — смеялся Егор. — Собака и три тигра.
Слухи о леснике и его необычных друзьях разлетелись по всей округе. Приезжали фотографы, журналисты и учёные. Но Егор только отмахивался:
— Это не моя заслуга. Белка их нашла и вырастила. А они просто помнят добро.
Хотя все понимали: без него этой истории не случилось бы.
Егор Кузьмич прожил ещё много лет. Тигры приходили к нему до самого конца. А когда лесник тихо ушёл во сне, они три дня сидели у его могилы. Молча. Не уходя.
А потом исчезли в тайге.
Говорят, и сейчас в тех местах иногда видят трёх больших тигров. Они идут по лесной тропе, а впереди бежит крупная лохматая собака.
И путь их всегда ведёт к старому кордону.
