— Убери свою собаку! Нам еще только заразы в доме не хватало, — кричала женщина, выталкивая животное то из одной комнаты, то из другой.
Предательство бывает разным. Иногда оно сопровождается громкими ссорами, упреками и хлопаньем дверей. А иногда происходит почти незаметно — по-бытовому, тихо. Когда собаку просто увозят подальше от дома и оставляют одну, не объясняя, за что с ней так поступили.
Все началось в тот день, когда мужчина по имени Михаил принес домой маленького щенка хаски — пушистую голубоглазую девочку.
Щенок, которому радовались… не все
— Ну посмотри, какая красавица, — убеждал он супругу.
— Красавица, не спорю. Только кто будет с ней возиться? — недовольно спросила Людмила.
— Я! Полностью я, — уверенно пообещал Михаил, любуясь своей покупкой.
Щенка назвали Арникой.
Поначалу все в ней вызывало умиление: забавная мордочка, мягкие лапки, веселые прыжки по квартире.
Арника росла, знакомилась с окружающим миром и искренне радовалась каждому дню. Но вскоре выяснилось, что хаски — это вовсе не декоративный питомец для красивых фотографий. Это темперамент, энергия и постоянная потребность в движении. Такой собаке необходимы длительные прогулки, внимание и терпение.
Именно с этим у Михаила появились проблемы.
Арника становилась все активнее и упрямее. Она могла сгрызть обувь, стащить с дивана плед и разорвать его, с невероятным азартом носясь по квартире, словно совсем не нуждалась в отдыхе.
Михаил надеялся, что с возрастом любимица станет спокойнее, однако хаски не собиралась превращаться в тихую домашнюю собаку. Наоборот, ей требовалось все больше общения и активности.
Людмила лишь тяжело вздыхала, когда муж просил помочь:
— Я же сразу сказала: твоя идея — твоя собака. Вот сам и занимайся ею, — снова и снова повторяла она.
Постепенно скандалы стали привычной частью их жизни. Арника, конечно, ощущала напряжение. Животные не понимают человеческие слова так, как люди, но прекрасно чувствуют интонацию, замечают выражение лиц и улавливают раздражение.
Когда собака стала ненужной
Спустя некоторое время появилась новая проблема. На коже Арники возникли странные пятна и участки без шерсти. Кожа покраснела и выглядела воспаленной.
Людмила вспыхнула так, словно случилось что-то ужасное:
— Убирай свою собаку! Нам еще только заразы в доме не хватало! — кричала она, выгоняя животное из комнат.
Михаил растерялся. Он позвонил знакомому, у которого когда-то брал щенка. Тот посоветовал сбрить шерсть на пораженных участках, обрабатывать кожу антисептиком и использовать мазь от лишая. Михаил последовал совету.
Машинка жужжала, срезая густую шерсть, а Арника спокойно сидела, лишь иногда вздрагивая. Она не понимала, зачем хозяин это делает, но безоговорочно ему доверяла.
На улице стояли морозы, и прогулки стали настоящим испытанием. Но даже это не принесло покоя в семью. Теперь собаке позволяли находиться только в узком коридоре возле входной двери.
— Нечего разносить инфекцию по дому, — раздраженно заявляла Людмила.
Но как объяснить это собаке? Еще вчера ей было разрешено заходить в комнаты, лежать рядом с хозяином и свободно бегать по всему дому, а теперь ей оставили лишь маленький участок возле порога. Дальше — нельзя. Там раздражение, недовольные взгляды и ощущение, что она стала лишней.
Михаил держался, сколько мог, но однажды сдался. Он разместил объявление на популярной интернет-площадке, написав, что ищет новый дом для молодой хаски. Пообещал отдать вместе с ней лежанку, поводки, ошейник и запас корма.
Новый владелец нашелся очень быстро
Даже слишком быстро.
Им оказался двадцатилетний парень, недавно окончивший учебу и переехавший из шумного общежития в съемную квартиру на окраине города.
— У нас дома всегда были собаки. Родители держали, да и я их очень люблю, — смущенно улыбнулся он, придя знакомиться.
Арника доверчиво ткнулась носом в его ладонь. Михаил тяжело вздохнул: ему было больно расставаться с любимицей. Но увидев впервые за долгое время довольное лицо Людмилы, он решительно передал поводок новому хозяину.
Потом собрал вещи Арники и даже помог отвезти ее в новое жилье.
Наверное, Михаил искренне надеялся, что поступает правильно. Но впереди собаку ожидало еще одно предательство.
Спустя две недели Арника сидела возле подъезда и дрожала от холода. После стрижки она выглядела полулысой, кожа была воспалена, а в глазах читалась растерянность.
Она не лаяла и не металась. Просто сидела и ждала, словно верила: еще немного — и дверь обязательно откроется.
— Мам, смотри! — вдруг воскликнула девочка, проходившая мимо вместе с молодой женщиной. — Это же та собачка, которую дядя выгуливал! Он еще разрешал ее гладить!
Женщина, которую звали Ольга, остановилась и внимательно посмотрела на животное.
— Точно она. Странно, почему одна? Потерялась?
Перепутать Арнику было невозможно. Не каждый день увидишь хаски, так неудачно побритую да еще зимой.
Ольга открыла дверь подъезда и позвала:
— Ну что, пойдем? Наверное, хозяин уже ищет тебя.
Арника словно ожила. Она радостно вскочила и помчалась вверх по лестнице — прямо к квартире на втором этаже. Там было тепло. Там жил ее новый человек. Там, как ей казалось, ее ждали.
Но дверь никто не открыл.
Собака начала лаять, скрестись и радостно вертеться. Она уже не помнила, что несколькими часами ранее именно этот человек привязал ее возле магазина и, не поднимая глаз, тихо сказал:
— Извини… Хозяйка квартиры запретила держать собак. Я не подумал. Старый хозяин сказал передать тебя кому-нибудь другому. Но кому я тебя сейчас отдам? Может, возле магазина кто-то заберет…
И ушел.
Арника, конечно, не поняла ни слова. Она лишь пыталась бежать за ним. Так сильно тянула поводок, что в итоге сорвала его и вернулась к дому, где теперь ей никто не открывал.
— Странно… Не отвечает, — пробормотала Ольга.
Решив, что хозяин, возможно, ищет собаку, она строго сказала:
— Так, тихо. Сидеть. Жди. Он скоро придет.
И Арника послушалась.
Всю ночь собака провела под дверью
Подъезд постепенно стихал. За дверями квартир работали телевизоры, доносились разговоры, детские голоса, а хаски продолжала ждать.
Иногда она ложилась, потом снова вставала, принюхивалась, тихо скулила и осторожно царапала дверь лапой. Но не уходила.
Утром дверь все же открылась. Из квартиры вышел молодой хозяин с большой спортивной сумкой.
Оглянувшись, он раздраженно прошипел:
— Пошли! Быстро!
Арника радостно вскочила. Она была уверена: хозяин вернулся, и теперь все снова будет хорошо.
Но этого не произошло.
Мужчина вывел собаку из подъезда и быстрым шагом направился к остановке. Арника послушно бежала рядом, думая, что они просто идут гулять.
На остановке хозяин вошел в автобус. Двери закрылись, и транспорт уехал.
Он даже не обернулся.
Некоторое время Арника бежала следом, затем остановилась и вернулась к дому. Потом снова отправилась к остановке. И снова обратно. Она совершенно не понимала, что происходит.
К тому же собака замерзла и сильно проголодалась.
Собачья жизнь
Так прошел еще один день. Измученная, голодная и растерянная Арника ходила между подъездом и остановкой.
К вечеру один из жильцов, узнав собаку соседа, впустил ее внутрь:
— Заходи, бедняжка. Не ночевать же тебе на морозе.
Так продолжалось три дня. Утром Арнику выгоняли на улицу, вечером снова впускали — уже из жалости.
Кто-то поставил ей воду, кто-то вынес еду, а кто-то принес старый плед.
Постепенно всем стало очевидно: собаку бросили.
О брошенной хаски узнал весь город
Жители дома начали публиковать сообщения в местных сообществах, искать передержку и просить помощи.
Так история Арники дошла до Алёны — хозяйки местного приюта.
Когда женщина приехала, собака лежала на старом пледе в подъезде и с надеждой смотрела на лестницу, ожидая знакомые шаги.
— Ну здравствуй, девочка. Как ты тут? — ласково спросила Алёна.
Арника едва заметно вильнула хвостом.
— Поедешь со мной? Хватит ждать тех, кто уже не вернется.
Словно поняв интонацию, собака уткнулась носом ей в ладонь.
В машине Арника сначала сидела настороженно, но потом осторожно улеглась на сиденье, согрелась и будто впервые за долгое время облегченно вздохнула.
В приюте ее встретили тепло, покой и забота
Не крики, не холодный подъезд и не чужой дом, а люди, которым действительно было не все равно.
Осмотр у ветеринара показал, что Арника простудилась. А проблемы с шерстью оказались следствием кожного заболевания, которое, вероятнее всего, развилось из-за ненадлежащего ухода. Ей требовалось лечение, хорошее питание и внимание, а не стрижка наголо посреди зимы.
— Ничего, девочка, — ласково говорила Алёна, поглаживая ее по шее. — Еще станешь настоящей красавицей.
Историю Арники опубликовали в интернете. Пост о доверчивой хаски быстро разлетелся по городским сообществам.
Люди переживали за собаку, отправляли средства на лечение и желали ей найти любящую семью.
И вскоре такая семья действительно появилась.
Сообщение увидели люди, живущие за городом.
Они давно мечтали именно о хаски и хорошо понимали особенности породы. Они знали, что таким собакам нужны активные прогулки, режим и много внимания.
Сначала новые хозяева просто приезжали в приют. Арника встречала их настороженно. После пережитого она уже не доверяла людям так легко, как раньше.
Но семья не торопила события. Люди терпеливо навещали собаку, позволяя ей привыкнуть.
Через несколько месяцев Арнику было невозможно узнать. Шерсть полностью восстановилась, кожа стала здоровой, простуда осталась позади.
Она окрепла, стала спокойнее и снова превратилась в красивую хаски.
Лишь иногда, когда кто-то слишком резко захлопывал дверь, Арника вздрагивала, словно где-то глубоко внутри все еще жила память о холодном подъезде и бесконечном ожидании тех, кто так и не вернулся.
