Утро началось с привычного скандала. Володя возмущался во весь голос, а Шпрот, устроившись на шкафу, снисходительно наблюдал за хозяином.
— Опять шторы сорвал! Ну зачем ты на них висел? Только спустись вниз! Получишь у меня, полосатый разбойник. Когда же я тебя перевоспитаю?!
«Ну-ну, мечтай, — мысленно усмехался Шпрот. — Сейчас накричишься, успокоишься, тогда и поговорим. Тоже мне, воспитатель!»
Кот давно понял: долго сердиться Володя не умеет. Характер у него мягкий. Да и человек, если честно, хороший.
Ведь именно он приютил Шпрота, хотя тот об этом вовсе не просил. Только зря хозяин пытался навязать свои правила. Шпрот был свободолюбивым котом. Да и возраст уже не тот, чтобы перевоспитываться.
Характер у него был всегда. Ещё маленьким котёнком он оказался у своей первой хозяйки — Бабушки.
Как именно он очутился на коврике возле её двери, Шпрот почти не помнил. Просто однажды оказался там — голодный и никому не нужный.
Старушка открыла дверь и всплеснула руками:
— Ой, бедолага!
После чего сразу занесла его домой.
Имя придумала, правда, самое обычное — Мурзик. Но кот простил её. Фантазии у человека не было, зато доброты и терпения хватало с избытком.
Серьёзных бед он никогда не устраивал. Так, по мелочи. Носился ночью по шкафам, иногда точил когти о диван, весной орал на всю округу. Но ведь он кот, а не музейный экспонат.
Шпрот привязался к Бабушке всем сердцем. И очень тяжело переживал её уход.
Наверное, поэтому он не смог принять новую хозяйку — внучку старушки, Аню.
Его раздражало буквально всё.
В прихожей исчезли старые валеные тапочки Бабушки, а вместо них появились розовые домашние шлёпанцы.
На трюмо больше не стояли лекарства — теперь там красовались баночки с кремами и флакончики духов.
Даже телевизор Аня заменила.
У Бабушки был старенький, пузатый, сверху лежала салфетка — прекрасное место для отдыха.
А новый телевизор оказался плоским и висел на стене. Ни полежать, ни погреться.
Шпрот возмущался. Сбрасывал с трюмо баночки, пытался атаковать телевизор. Аня терпела.
Но однажды, когда он от тоски сделал лужу в её тапках, девушка сорвалась.
Схватила мокрую обувь и шлёпнула кота пониже спины.
Этого Шпрот простить уже не смог.
Он вылетел в форточку.
«Нечего руками махать! Пусть теперь посидит одна и подумает над своим поведением!» — сердился он, убегая всё дальше.
А когда остыл, оказалось, что дорогу домой он уже не помнит.
Впрочем, долго страдать Шпрот не стал.
Стояло тёплое лето. Пели птицы, мурлыкали кошки, солнце ласково грело шерсть.
«Ну и прекрасно, — решил кот. — Буду жить сам по себе. Стану грозой дворов, великим охотником и покорителем кошачьих сердец. Люди мне больше не нужны!»
Улица встретила его благосклонно. Еды хватало, кошки проявляли интерес, жизнь казалась прекрасной.
Так продолжалось до знакомства с Володей.
В один жаркий июльский вечер Шпрот лежал на лавочке в тени деревьев возле дома.
И вдруг почувствовал удивительный аромат.
К нему приближался загорелый светловолосый мужчина с удочками и рюкзаком.
От него пахло рыбой.
«Невероятно! Настоящий человек, который пахнет рыбой!» — восхитился кот.
Шпрот решил остаться на месте.
И не прогадал.
Мужчина присел рядом, подмигнул и полез в рюкзак.
— Ждал меня, полосатый? Ну правильно. Держи угощение.
Такой вкусной рыбы кот не ел никогда.
На следующий день Шпрот уже специально караулил своего «рыбного человека».
Завидев его, радостно побежал навстречу:
— Мау? Ма-а?
— Хитрец ты, — рассмеялся мужчина. — Понимаешь, где выгода.
Рыбы в тот день было ещё больше.
Так и завязалась дружба.
Шпрот ждал на лавочке, Володя возвращался с рыбалки и делился добычей.
Постепенно мужчина начал рассказывать о своей жизни.
— Хорошо, что ты мне встретился, — говорил он. — Рыбалку люблю, а угощать рыбой особо некого.
Жена у него была, да ушла.
Сначала долго ворчала:
«Надоели мне твои удочки, Володя. Нормальные люди отдыхают в театрах и ресторанах, а я всё выходные одна. Да и рыбу я не люблю!»
Шпрот слушал, мурлыкал и про себя радовался:
«Вот и хорошо, что ушла. Теперь всё достанется мне».
Однажды Володя задумчиво произнёс:
— Слушай, полосатый, у тебя ведь даже имени нет. Непорядок. Будешь Шпротом.
Кот несколько раз мысленно повторил новое имя.
И остался доволен.
«Определённо лучше, чем Мурзик. Не обижайся, Бабушка».
В знак благодарности он даже позволил человеку погладить себя.
Такого доверия давно никто не удостаивался.
Когда лето стало уступать место осени, Володя предложил:
— Переезжай ко мне. Скоро похолодает. Замёрзнешь ведь.
Шпрот подумал и согласился.
«Надо пожалеть хозяина рыб. Да и мёрзнуть не хочется».
Так он оказался в квартире.
Правда, сразу решил:
«Я свободный кот. Просто оказываю человеку услугу. Никаких диванных привычек!»
И начал демонстрировать независимость.
Когда хотелось ласки — приходил мурчать.
Когда становилось скучно — раскачивался на шторах, царапал мебель и устраивал ночные забеги.
Володя ругался, хмурил светлые брови, делал строгий вид.
Но Шпрот прекрасно видел: глаза у хозяина всё равно оставались добрыми.
Иногда, правда, из-за очередных разодранных штор Володя сердился по-настоящему.
Тогда Шпрот пережидал бурю в укрытии.
А потом всё снова становилось хорошо.
Так они и жили.
Пока в жизни Володьки не появилась Лена.
Шпрот сразу понял: женщина хорошая. Животных любит.
И именно поэтому ему стало грустно.
Выгонять её было не за что.
А хозяин вообще потерял голову и собирался жениться.
Шпрот чувствовал, что их мужской союз начинает рушиться.
И из вредности начал пакостить.
Прыгал на Лену со шкафа, цеплялся за её пальто, шипел и распушал шерсть.
Володя сердился, а Лена только улыбалась:
— Не ругай его. Он просто защищает свою территорию. Привыкнет со временем.
От этого Шпрот раздражался ещё сильнее.
«Нашлась добрая! А если не привыкну?»
Шло время.
И однажды, когда весна уже вступала в свои права, Володя радостно сообщил:
— Завтра Лена переезжает. А в конце апреля сыграем свадьбу!
Шпрот обиделся.
Ушёл на подоконник и даже отказался от рыбы.
Хотел показать всю глубину своего несчастья.
Но уже на следующий день Лена так и не приехала.
Зато раздался телефонный звонок.
Володя выслушал собеседника и побледнел.
Он метался по комнате, а потом куда-то уехал.
Вернулся поздно.
От него пахло больницей, лекарствами, холодом и бедой.
Шпрот встревожился.
Володя взял кота на руки, сел в темноте на диван и тихо сказал:
— Лена в больнице, Шпрот. Попала в аварию. Пока без сознания… Врачи говорят, что она справится. Обязательно справится…
Он говорил быстро, словно убеждал не кота, а самого себя.
И Шпроту стало так жалко хозяина, что сердце сжалось.
В ту ночь он впервые лёг спать прямо на груди Володьки.
Мурлыкал, согревал, утешал.
И даже утром не устроил ни одной шалости.
Пакостить можно и потом.
А сейчас важнее было другое.
Поддержать своего человека.
Ведь именно для этого и нужны коты.
Лена пролежала в больнице почти четыре месяца. Все это время Володя навещал её регулярно, словно ходил на ещё одну работу. А дома его неизменно ждал Шпрот. Кот встречал хозяина у двери, внимательно слушал и будто понимал каждое слово.
— Идёт на поправку. Скоро домой вернётся. К нам вернётся! — радостно рассказывал Володя.
После таких новостей Шпроту становилось спокойнее. Пусть он и не был большим поклонником Лены, но видел, как сильно её любит Володя. А значит, и сам был готов принять её.
Когда Лена наконец вернулась, она выглядела бледной и очень худой. Правая рука ещё была в гипсе. Шпрот встретил её так, словно она отсутствовала целую вечность. Он усердно мурлыкал, улёгся рядом и крепко прижался к хозяйке.
— Ничего себе! — удивилась Лена, поглаживая серую голову. — Неужели ты больше любишь поломанных женщин, чем здоровых?
Шпрот укоризненно посмотрел на неё.
«Эх ты, ничего не понимаешь. Я просто стараюсь помочь тебе быстрее поправиться. Ради Володьки».
Похоже, Лена поняла его без слов.
— Да шучу я, шучу. Спасибо тебе, Шпротик.
— Удивительный кот! — с восхищением сказал Володя. — Всё чувствует и всё понимает. С тех пор как ты попала в больницу, он словно изменился. Перестал проказничать, переживал за меня, всегда ждал, когда я вернусь, и слушал все новости. Поддерживал, как умел.
А я ведь раньше пытался его перевоспитывать, кричал. Получается, зря. Больше не буду.
Правда, Володя немного поспешил с такими обещаниями.
Когда Лена окончательно восстановилась, отгуляли свадьбу и жизнь снова вошла в привычное русло, Шпрот тоже вернулся к своему обычному поведению.
По ночам он носился по квартире как сумасшедший, царапал новую супружескую кровать и время от времени прыгал со шкафа прямо под ноги хозяевам.
— Ах ты, полосатый хулиган! — возмущался Володя. — Ну когда же я тебя наконец воспитаю?
Шпрот тут же взбирался на шкаф и смотрел на хозяина сверху. В зелёных глазах плясали озорные искорки.
«Неужели ты решил, что я навсегда стану примерным?»
— Вова, перестань его ругать! — смеялась Лена. — Ты же обещал. Он ваш друг, а друзей прощают.
Володя только махал рукой.
— Ладно уж, раз пообещал… Живи, серый разбойник.
Говорил он сердито, но Шпрот прекрасно видел: глаза у хозяина оставались добрыми, а на губах пряталась улыбка.
И кот точно знал — здесь его любят. Именно таким, какой он есть.
